— С первой минуты.
— Я говорю о предстоящем разговоре.
— Да.
— Тема не обуславливается?
— Нет.
— Тогда начнем. Ты меня слышишь, Координатор? — громко произнес Капитан, уже обращаясь непосредственно к золотому шару.
Ничто не прозвучало над голубым покоем, но в сознании каждого из наших героев сформировался в знакомых звуках ответ:
— Слышу.
— Мы узнали всё, кроме мира лилового солнца. Когда мы увидим его?
— Завтра.
— Все ли миры одинаковы по объему и протяженности?
— Миров нет. Есть пространство, позволяющее нам его изменять.
— Одно пространство, но пять солнц?
— И солнце одно. Остальные — лишь его отражения в атмосфере замкнутых емкостей, где деформация пространства переходит в область иных измерений.
— Значит, зеленый мир — это не вся планета?
— Нет. И Аора тоже лишь ограниченное деформированное пространство. И Голубой город, за пределами которого только черный камень и пыль. И согревает его не отраженное, а единственное настоящее солнце, встающее и заходящее над пустыней.
— Почему же не превратить пустыню в оазис?
— Планета закрыта для пришельцев из космоса.
— Но им оставлена приманка в виде бродячих миражей.
— За тысячу лет ослабли связки, и замкнутость измененных пространств утратила цельность. Впрочем, миражи тоже закрыты.
— Мы прошли.
Реплика Капитана не прозвучала вопросом, и ответа не последовало.
Тогда он построил ее иначе:
— Мираж города был открыт. Почему?
— То был не мираж. Когда вам разрешили войти в пространство Голубого города, оно соединилось с пространством пустыни.
— По указанию Учителя?
— Да.
— Как же было получено указание? Ведь голубой газ ограничен этим бассейном.
— Мысль Учителя проникает сквозь любую материальную среду. Ее энергетическая сила равноценна множеству единовременных и одинаковых сигналов различных мыслящих индивидуумов.
— Каким же способом доходит твоя ответная информация?