Все дозволено: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Все это наблюдали Библ и Капитан, летевшие на «поясах» к станции над таявшими в нагретом воздухе хвощами и папоротниками. Козней леса, отбитых их друзьями, они уже не застали, но отступление его видели, хотя и не понимали, откуда, например, взялся этот странный горб рыжих лохмотьев, неправильным полукругом огибавший станцию на довольно большом расстоянии. Как будто кто-то жег перед ней грязные тряпки, а потом аккуратно отмел их подальше, чтоб не мешали.

Библ снизился и поднял что-то непонятное и хрупкое,тотчас же рассыпающееся в руках.

— Это не тряпка, Кэп, — сказал он подошедшему Капитану. —  Это какая-то растительность. По-моему, жженый мох.

Малыша и Алика они нашли у смотрового окна в состоянии полной прострации. Отступление леса они наблюдали уже отсюда, так как трансформация пейзажа восстановила и коридор с его хламом и ящиками, и наружную стену, закрыв все за ней происходящее. Совмещение фаз, таким образом, отнюдь не уничтожало массы поглощенного вещества. Этот вывод и погнал их к окну, а затем наступила реакция. Оба повалились в кресла и облегченно вздохнули.

— Был бой? — спросил Капитан. Оба обрадованно вскочили.

— Погодите, — продолжал Капитан, — рассказы потом. Сначала наденьте шлемы. —  Он отдал один Малышу, другой Алику. —  Объяснения тоже потом. Застегните вот здесь, как у нас. Не снимайте ни вечером, ни утром. Даже ночью во время сна. Кстати, они очень удобны, почти неощутимы.

Когда все было рассказано, Капитан подытожил:

— Насыщенный день. Снятый энергозаслон на межфазных связках, конечно, может создать затруднения, но, как опыт показывает, мы лучше вооружены и лучше защищены. А шлемы помогут устранить некоммуникабельность между нами и жителями Голубого города. Сейчас это самое главное.

Алик откровенно обрадовался. Значит, его предположение о характере гедонийской цивилизации эмпирически подтверждается. Хозяева планеты не в Аоре, а в Голубом городе. Создатели технологии, которую человеческий разум даже осмыслить не может, творцы чудес, перед которыми библейские — детские забавы, не больше, ставят грандиозный эксперимент с псевдочеловечеством, освобожденным от требований разума,общественной пользы, труда и необходимости. Создают же люди на Земле зоопарки и обезьянники, в которых ставятся какие-то опыты. Алик уже высказывал эту мысль, теперь она подтверждается практикой. Правда, здешний зоопарк больше похож на санаторий для неучей и бездельников, но именно в этом-то и проглядываются черты опыта. Человек, как живое существо, становится драгоценным материалом для него, подобно трансурановым элементам в химических реакциях. Ни в зеленом, ни в синем мире ничто не калечит человека — ни техника, ни оружие. Нет даже лестниц, с которых можно свалиться, экипажей, которые могут сшибить, неприрученного огня, который может обжечь или спалить. Здесь негде утонуть — нет ни рек, ни озер, влага подпочвенная, а океан, должно быть, только в одной закрытой для опыта фазе; здесь даже в детстве не лазают на деревья и нет скал и обрывов, с которых можно сорваться. Какие цели преследует опыт,зачем он нужен хозяевам Голубого города, пока еще остается неясным, но большинство неизвестных в уравнении Гедоны практически уже найдено.

Все это Алик, захлебываясь и торопясь, чтобы его не перебили, последовательно изложил слушателям.

— Есть что-то, — сказал Малыш.

— Есть, — повторил Капитан, — верные наблюдения и неверный вывод.

— Почему? — пошел в бой Алик.

— Твое уравнение Гедоны можно было бы записать так: а — жители Голубого города, хозяева планеты, ставящие опыт; в — жители обезьянника, объект опыта; с — смысл опыта, как создание некоего гомо сапиенс, свободного от пут необходимости и общественной пользы, и d — цель опыта — знак вопроса. Так?

— Предположим, так.

— Здесь все неверно. Жители Голубого города не хозяева планеты. Никакого опыта они не ставят.Жители Аоры не подопытные кролики,а самый опыт поставлен уже больше тысячелетия назад и превратился в близкий к бесконечности процесс биологического бессмертия и регулярной смены жизненных циклов. Это и есть цель опыта, все остальное — производные. Кроме того, в уравнении не предусмотрен Мозг и Координатор, их взаимосвязь, некоммуникабельность Голубого города, его социальный строй, наличие оппозиции, неизвестно почему и как возникшей, какие цели преследующей и как существующей при наличии супертехники обнаружения и подавления.

— Мне кажется, что у оппозиции такая же супертехника самозащиты, — вставил Библ.

Капитан не ответил. Он приподнялся в кресле, словно собирался вскочить, и прислушался. По коридору внизу простучали чьи-то шаги, потом послышался звук падающего тела и нечленораздельный, почти звериный вопль.

— Включи свет внизу, — кивнул Капитан Малышу, сидевшему у пульта, и выбежал на площадку за дверью, откуда Малыш с такой лихостью опрокидывал вражеские колонны.

Один за другим протиснулись в дверь и остальные. Яркий люминесцентный свет выхватил из темноты коридора фигуру гедонийца в голубых плавках. Лежа на животе в лохмотьях спаленных мшаников, он барабанил ногами по полу, как раскапризничавшийся ребенок, и нестерпимо визжал.

— Откуда он? — удивился Капитан.

— Не успел скрыться с лесом, — пожал плечами Малыш.

— Должно быть, забрался куда-нибудь, — предположил Алик. —  Двери открыты, от наших гранат дым и вонь,заблудился, запутался, а может быть, и сознание потерял.

— Возьмем его наверх, — предложил Капитан, — и попробуем объясниться.

Отчаянно сопротивлявшегося парня с трудом втащили по лестнице в комнату и бросили в кресло. Он прижался к спинке и затих, недоуменно оглядывая окружающих. Взгляд его, любопытный и злой, однако не обнаруживал страха.

— Где я? —  мысленно спросил он, и все поняли.

— У друзей, — сказал Капитан.

— Я вас знаю, — продолжал вглядываться гедониец, — вон того и этого. —  Он показал на Малыша и Алика. —  Они и тогда дым пускали.

— Как ты сюда попал? —  спросил Малыш.

— А мы настигли вас еще днем. До заката солнца. Подстерегли за лесом, а тут — ваше черное облако.Я упал. Трудно дышать. Только выполз — еще облако. Сбоку дыра — мягко. Потом ночь. Проснулся — побежал. Темно. Леса нет.