— Откуда?
— С неба, — не улыбаясь сказал Капитан, довольно точно вообразив появление космолета в свете пяти разноцветных солнц и приземление его на зеркальном космодроме.
И опять птичий гомон прошумел по трибунам. Но вопросов на этот раз не последовало. Почему? Испугались или насторожились? Библ уже начал сомневаться в своих прежних суждениях о жителях Голубого города, как строителях и хозяевах гедонийской цивилизации. Испуг и настороженность в данном случае совсем не показатели высокого социального уровня жизни. Творцам ли этакой технологии пугаться появления чужого разума? Но почему пугаться? Может быть, пересвистывание на трибунах означает просто повышенный интерес? А если подумать, то разве интерес вызвало появление летающей тарелки? Пожалуй, даже не испуг, а пароксизм страха. Что же испугало? Локатор посторонних шумов, угрожающий обнаружить присутствие людей, которые совсем не хотят быть обнаруженными. И слова: мы обманываем Координатор. Значит, даже немыслимая техническая вооруженность его не гарантирует от ошибок: оказывается, его можно, а должно быть, и нужно обманывать. И если считать, что Координатор — власть или орудие власти, значит, в этом обществе есть оппозиция меньшинства большинству. Какие же цели она преследует и почему возникла? Тут Библ окончательно запутался. Кто же тогда хозяева Гедоны и каков ее социальный строй?
— А мы можем увидеть Координатор?
Ответ последовал неуверенно и не сразу:
— Подумать. Не сегодня. Сначала надо научиться понимать друг друга. А сейчас — уходить.
Капитан снова загнул четыре пальца.
— Мы вернемся вчетвером. Завтра. Ладно?
— Ладно.
Библ тут же подметил, как быстро усвоил их собеседник русскую коллоквиальную форму.
— Постой… — задумался Капитан. — Мы, вероятно, легко найдем город. Но как в нем найти вас?
Гедониец в голубой куртке показал на лимонный цвет стен.
— Такого же цвета дорожка. Она приведет вас сюда. Я показать.
Он поспешил к темному проходу из зала. У многоцветного переплетения дорожек они подождали до тех пор, пока из-за среза плоскости не вырвалась желто-лимонная.
— Эта?
— Она.
Пока дорожка плыла в уровень с плоскостью, Капитан сказал:
— Я— Кэп, Капитан. Он — Библ. А ты?
Их спутник опять просвистал что-то по-птичьи.
— Ну это, брат, у нас не получится. Назовем тебя Друг. Сойдет, Библ?
— Сойдет.
Капитан крепко, по-земному, пожал руку спутника:
— Прощай, Друг. До завтра, — и соскочил на убыстряющую бег, дорожку.
Библ прыгнул вслед за ним.
И последнее, что они увидели, было синее пятно над срезом серой покатой плоскости.
Глава IV
«Смог» и рипеллер. Лес наступает
Расставшись с друзьями,Малыш и Алик молча пошли домой. Говорить не хотелось. Казалось, уже был опыт раздельных странствий— привычно, синхронно, убедительно, — а сердце при расставании все-таки щемило. Особенно сегодня: слишком уже реален был этот внезапно выросший перед станцией псевдогород не то из раскрашенных картонажей, не то из цветного стекла. Шутка Гулливера в сказочной Лилипутии: собрал кучу битых бутылок в несколько этажей. А в общем, даже не сказка, а так, черт те что.
— Исчез, — сказал Алик.
— Кто? — не понял Малыш.
— Город исчез. — Алик обернулся назад и указал на по-прежнему безмолвный и пустынный до горизонта знакомый пейзаж.