Джереми замер на мгновение, и Элвин воспользовался этим, чтобы продолжить:
— Женитьба — серьезное дело, Джереми! Речь не о том, чтобы пойти с Лекси на свидание! Каждое утро до конца жизни вы будете просыпаться рядом! Люди не влюбляются за пару дней. Не важно, что ты сам об этом думаешь. Ты не исключение. Она замечательная, умная, красивая, все, что угодно… но внезапно решить, что ты готов провести с ней всю жизнь? Бросить дом и карьеру ради каприза?
В его голосе зазвучала мольба, словно Элвин был учителем, который урезонивает талантливого, но упрямого ученика. Джереми мог бы привести множество доводов. Мог бы сказать, что не сомневается в своем отцовстве. Что посылать анонимки было не только глупо, но и жестоко. Что он любит Лекси и всегда будет любить. Но они действительно поспешили, и, даже если Элвин ошибался, Джереми не хотел этого признавать.
А тот ошибся. Несомненно.
Джереми уставился на свой бокал и покрутил его в руках, прежде чем встретиться взглядом с другом. Быстрым движением он выплеснул остатки тоника в лицо Элвина, схватил его за ворот, толкнул назад, лишив равновесия, и прижал к стене.
Он не ударил его. Просто придвинулся вплотную — достаточно близко для того, чтобы ощутить дыхание Элвина.
— Я больше видеть тебя не желаю.
С этими словами Джереми развернулся и вышел.
Глава 12
— От него ни слуху ни духу, — сказала следующим вечером Лекси, сидя с Дорис в «Гербсе».
— Я уверена, что все в порядке, — ответила та.
Лекси помедлила, пытаясь понять, действительно ли бабушка так думает или просто успокаивает ее.
— Ты не видела, какое у него вчера было лицо. Он смотрел на меня так, будто хотел убить.
— По-твоему, он виноват?
— Что ты имеешь в виду?
— Тебе бы понравилось, если бы ты узнала о Джереми что-нибудь этакое и поняла, что не можешь доверять ему?
Лекси запротестовала:
— Я пришла сюда не затем, чтобы это выслушивать!
— Однако ты здесь, и ты меня выслушаешь. Ты пришла ко мне в поисках сочувствия, но я не постоянно думаю о том, как все это должно выглядеть с точки зрения Джереми. Он видит, как ты держишься за руки с Родни. Потом ты отменяешь свидание, чтобы поехать к Родни. И наконец, Джереми обнаруживает: некогда ты уже была беременна. Неудивительно, что он разозлился.
Лекси открыла рот, собираясь возразить, но Дорис жестом велела ей молчать.
— Знаю, ты надеялась услышать другое, но Джереми — не единственный, кто повинен в ссоре.
— Я извинилась. И все объяснила.
— Иногда этого недостаточно. Ты кое-что скрывала от него, причем не раз и не два, а трижды. Ты зря так поступила, особенно если хотела завоевать его доверие. Следовало рассказать Джереми о том, что было у вас с Тревором. Я думала, ты уже ему рассказала, иначе бы ни за что не дала ему тетрадь.
— Почему я должна была ему рассказывать? Я несколько лет об этом не думала. Это давняя история.
— Но не для Джереми. Для него это случилось в пятницу. И я бы на его месте тоже рассердилась.
— Ты, кажется, с ним заодно.
— Сейчас — да.
— Дорис!
— Ты помолвлена, Лекси. Знаю, вы с Родни дружили много лет, но сейчас ты помолвлена с Джереми, и правила изменились. Все было бы в порядке, если бы ты честно его предупредила. Но ты предпочла действовать у него за спиной.
— Потому что я знаю, как бы он отреагировал.