— Веселишься? — спрашивал он. — Принести тебе еще пива?
— Все в порядке, спасибо, — улыбался Джереми.
Хотя он не видел этих людей пару месяцев, они как будто не испытывали никакой нужды в расспросах — в основном из-за того, что собрались преимущественно друзья Элвина, а не Джереми. Окинув взглядом комнату, он вдруг понял, что не знает и половины присутствующих, и очень удивился, поскольку предполагалось, что вечеринка в его честь. Джереми был бы счастлив провести вечер с Элвином, Натом и своими братьями, но Элвин всегда пользовался любым предлогом, чтобы закатить гулянку. Он, видимо, и впрямь наслаждался, поскольку в третьем периоде «76» вели. Он улюлюкал и вопил вместе с остальными каждый раз, когда любимая команда зарабатывала очко. Братья Джереми тоже. Только Нат, равнодушный к спорту, не интересовался игрой: он был занят пиццей.
Вечеринка началась позитивно — Джереми вошел в комнату, и его приветствовали так, как будто он вернулся с войны. Братья столпились вокруг и засыпали его вопросами о Лекси, Бун-Крике и новом доме. Нат принес целый список потенциальных сюжетов, в том числе предложил написать о том, что астрология притягивает все больше капиталовложений. Джереми слушал, мотал на ус и признавал, что темы достаточно интересные для заметок, если не для статей. Он поблагодарил Ната и пообещал подумать. Не то чтобы он надеялся на удачу.
Так или иначе, сегодня было легко забыть о своих проблемах. Расстояние обладает странным свойством: беды, пережитые в Бун-Крике, отсюда, из Нью-Йорка, казались смехотворными. Когда Джереми рассказывал братьям о ремонте, они не умолкая смеялись, и он поймал себя на том, что тоже хохочет. Они ревели от восторга по поводу того, что Лекси заставила его жить в «Гринлиф коттеджес», и умоляли Джереми сфотографировать комнату с чучелами животных. Еще они попросили фотографию Джеда, который в ходе разговора обрел почти мифические черты. Как и Элвин, братья требовали, чтобы Джереми дал им знать, когда соберется на охоту.
Со временем почти все они переместились к телевизору и внесли свою лепту в общее ликование. Джереми удовледворился тем, что смотрел издалека.
— Классная рубашка, — заметил Элвин.
— Знаю, — ответил Джереми. — Ты уже дважды мне сказал.
— И буду говорить. Мне все равно, кто ее подарил. Ты похож на туриста.
— И что?
— Как что? Сегодня вечером мы идем развлекаться. Возьмем город штурмом. Это вечеринка в честь последних дней, которые тебе осталось провести холостяком, а ты вырядился так, как будто только что вышел из коровника. Что стряслось?
— Я изменился.
Элвин рассмеялся:
— Разве не ты сам жаловался на эту рубашку?
— Видимо, я с ней сжился.
— Да уж. Надо сказать, моих друзей она развлекла.
Джереми отхлебнул пива. Он держал бутылку уже целый час, и пиво стало теплым.
— Меня это не напрягает. Половина твоих друзей в футболках, а другая с ног до головы затянута в кожу. Я бы выглядел странно в любой одежде.
— Возможно, — ухмыльнувшись, сказал Элвин, — зато сколько в них энергии! Я не представляю, как можно провести целый вечер в компании одного лишь Ната.
Джереми заметил Ната в противоположном углу. Тот явился на вечеринку в узком костюме-тройке, макушка блестела от пота, на подбородке виднелось пятнышко соуса. Нат казался здесь еще более неуместным, нежели Джереми. Заметив его взгляд, агент помахал куском пиццы.
— Да уж… Спасибо, что пригласил своих друзей на мой мальчишник.
— А кого мне было приглашать? Я звонил парням из «Сайентифик американ», но они не проявили особого интереса. Не считая братьев и Ната, все прочие твои знакомые — женщины. Я и не подозревал, что в Нью-Йорке ты жил таким отшельником. И потом, это всего лишь прелюдия — для того чтобы прийти в нужное настроение и продолжить вечер.
— Страшно подумать, что меня ждет дальше.
— Даже не спрашивай. Это сюрприз.
Гости, издав восторженный рев, принялись хлопать друг друга по спинам. Там и сям открывали пиво: Айверсон забросил трехочковый.
— Нат с тобой говорил?
— Да. А что?
— Не хочу, чтобы он разговорами о статьях испортил все веселье. Я знаю, для тебя это сейчас больной вопрос, но, пожалуйста, забудь о нем на время.
— Без проблем, — солгал Джереми.
— Ну да, конечно. Именно поэтому ты торчишь здесь и подпираешь стенку, вместо того чтобы смотреть телик. Да?