— Ты странно себя ведешь… Лекси сердится, что у тебя мальчишник?
— Вовсе нет.
— Иногда женщины злятся из-за этого. Разумеется, они говорят, что все в порядке, это ведь традиция, но в глубине души им не нравится, что их жених будет пялиться на хорошеньких женщин.
— Только не сегодня. Я сказал Элвину, что не хочу ничего подобного.
Отец сел поудобнее.
— Тогда из-за чего вы поругались? Хочешь поговорить?
Джереми задумался и решил, что входить в подробности не стоит.
— Нет. Это личное.
Отец кивнул:
— Правильно. Я тоже так считаю. Из-за чего бы мужчина с женщиной ни ссорились, это должно оставаться между ними. Если нет, начинается чертова уйма проблем. Но я все равно могу дать тебе совет. Ведь так?
— Когда это тебя останавливало?
— Все пары ссорятся. Вот что ты должен помнить.
— Я знаю.
— Да, но ты наверняка думаешь, что вы с Лекси ссоритесь больше, чем следует. Не знаю, так это или нет, но я видел ее и могу прямо сказать, что она тебе подходит, и ты просто болван, если не попытаешься разрешить ваши проблемы. Мать считает, что тебе исключительно повезло. И все остальные, к слову, с ней согласны.
— Ты даже не знаешь Лекси. Вы виделись раз в жизни.
— А ты знаешь, что она писала твоей матери каждую неделю с тех пор, как побывала у нас? И твоим невесткам тоже.
Джереми не мог скрыть удивления.
— Так я и думал, — сказал отец. — Она и звонила, и писала. И присылала фотографии. Твоя мать видела свадебное платье Лекси, праздничный торт и ваш новый дом. Она даже прислала несколько открыток с изображением маяка, так что мама теперь знает, как он выглядит. Благодаря Лекси мы чувствуем себя участниками происходящего. Твоя мать ждет не дождется, когда они снова увидятся и проведут вместе побольше времени.
Джереми молчал.
— Почему я этого не знал? — наконец спросил он.
— Понятия не имею. Может быть, она хотела сделать тебе свадебный сюрприз. Прости, если все испортил. Хочу лишь сказать, что большинство женщин вообще не стали бы этого делать. Лекси знала, что мама отнюдь не рада твоему отъезду, но не стала винить себя. Она просто попыталась улучшить положение вещей. Нужно быть особенным человеком, чтобы так заботиться о других.
— Поверить не могу… — пробормотал Джереми, подумав, что Лекси полна сюрпризов. На сей раз — приятных.
— Ты, конечно, уже был женат, но теперь придется все начать сначала. Главное, помни о том, что нужно смотреть на вещи шире. Когда приходится несладко, вспоминай, как ты полюбил Лекси. Она необыкновенная женщина, тебе повезло, что ты ее встретил. А ей повезло, что она встретила тебя. У нее золотое сердце. Здесь невозможно притворство.
— Почему мне все время кажется, что ты на ее стороне? Почему ты считаешь, что ссора случилась по моей вине?
— Потому что я тебя знаю много лет. — Отец подмигнул. — Ты всегда умел ссориться. Конфликтовать. Как по-твоему, чем ты занимаешься, когда пишешь статьи?
Почти против воли Джереми засмеялся:
— А если ты не прав? Если виновата Лекси?
Отец пожал плечами:
— Тогда я скажу, что оба хороши. Догадываюсь, что вы в равной мере и правы и не правы. Именно так начинается большинство ссор. Люди есть люди, они не идеальны, но брак — это жизнь сообща. До конца дней вы будете узнавать новое друг о друге и время от времени ссориться. Но вся прелесть брака в том, что если ты выбрал правильного человека и если вы оба любите друг друга, то всегда найдете способ помириться.
Вечером Джереми подпирал стенку дома у Элвина, с пивом в руках, и наблюдал за гостями, большая часть которых смотрела телевизор. Благодаря своей бывшей подружке Элвин стал большим поклонником баскетбола, и именно сегодня «76» сошлись в дополнительном матче с «Хорнетс». Так или иначе, все собрались вокруг телевизора, превратив мальчишник в предлог для того, чтобы в отсутствие жен посмотреть матч и от души пошуметь. Если, конечно, у них вообще были жены. Джереми сильно сомневался насчет некоторых парней, столь же густо покрытых татуировками, как и Элвин. Но они, видимо, оттягивались по полной; иные пили не переставая с самого приезда и уже с трудом ворочали языком. Время от времени кто-нибудь вдруг вспоминал о теме вечеринки и брел к Джереми.