Заблудиться в чистом поле (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   Оказалось, что начало было положено спором из-за какого-то пустяка, вспыхнувшем между двумя Серегами. Спор начал переходить в склоку, и Андрюха попытался успокоить буянов. Однако и сам был вовлечен в свару, закончившуюся жестокой дракой. Тут уже не выдержал Вовчик, и подскочил разнимать драчунов. В итоге дрались уже четверо. Только Алексей благоразумно остался возлежать подле закуски, периодически спихивая с нее падающие тела дерущихся.

   Эта драка не вызвала ни у кого особого удивления: подобные "молодецкие забавы" были вполне в духе этой веселой компании. Дрались и с посторонними агрессорами, и, иногда, между собой. В последнем случае, наутро мирились и вспоминали подробности драки дружным хохотом. Но в этот раз все еще было впереди.

   Когда схлынули беспричинные пьяные задор и злость, драчуны расселись на досках, отдышались, попили воды, и уже приготовились было продолжить пикник. Как вдруг Пескарь, который всегда, можно сказать "как часы", беспробудно засыпал после нескольких стопок, вскочил с пола, и, крикнув что-то вроде: "Что, интерполовцы, выследили? Десантники не сдаются!", - бросился в проем двери. Друзья , не успев толком сообразить - смеяться им, или бежать догонять безумца - услышали истошный вопль о помощи.

   "Тону! Помогите!" - доносился крик Пескаря из кустов, через которые протекал ручей. Когда же парни попытались вытащить Серегу из воды, он стал вырываться из лап "Интерпола". К счастью в этом месте ручья и воробей бы лап не замочил, но ребята здорово понервничали, вытаскивая бедолагу на берег. И, только было все успокоились, сняли с десантника сапоги для просушки, как тот вскочил, и, босой и полураздетый, поминая Интерпол, умчался прямо в лес.

   Все принялись, крича и чиркая спичками, вести безуспешные поиски друга. И тут уже пришла очередь "прозреть" для Андрея. Тот "увидел" падающий в направлении города огромный метеорит, и стал яро убеждать друзей возвращаться домой, спасать родных, запасаться провизией и оружием. В исступлении он пытался объяснить парням, что надо спешить, иначе погибнут все. Разумеется, друзья не разделяли его уверенности, и когда Андрей бросился бежать в город один, затолкали его в баню. Но, стоило им ослабить хватку, как тот бросился головой вперед прямо в проем окна.

   Его успели поймать в последний момент, за щиколотки, чем спасли от падения головой в болото. Чтобы усмирить бурный порыв Андрюхи, решили связать его по рукам и ногам. Тот долго продолжал брыкаться, и фанатично уговаривать пацанов бежать спасать мир. Потом затих, и сидел, пугающе вращая глазами.

   После "усмирения" Андрея пришла очередь пасть в объятия безумия и для Сереги-мотоциклиста. Идеей-фикс для него стало убеждение, что всех сидящих в бане будут судить за убийство Пескаря. Парень принялся метаться по бане, громогласно подбирая варианты спасения от неправедного суда. Варианты, разумеется, были более чем безумные и фантастические. Но этот приятель, к счастью, сам вскоре выдохся и пришел в сознание без посторонней помощи.

   Счастливую весть принес, то ли местный пастух, то ли сторож: пьяный мужичок невысокого роста и предпенсионного возраста. Он обнаружил спящего в траве Пескаря, и пришел к огоньку спросить, не знают ли ребята, кто бы это мог быть? Обрадованные друзья сунули мужику бутылку пойла, и пошли за ним в лес.

   Пескарь смог пробежать, как оказалось, больше километра по лесу, и выскочил к трехэтажному "дворцу", принадлежащему какому-то генералу из Москвы. Видимо, желая погреться, Серега пошел к забору, по которому, во избежание таких непредвиденных визитов, был пущен электроток. Получив заряд электричества, Пескарь пал оглушенный в траву, где впоследствии и был обнаружен. Друзья притащили его в баню к связанному Андрею, который как раз начал приходить в себя.

   А октябрьская ночь, несмотря на такие жаркие приключения, была довольно холодна. Да и пары алкоголя уже не оказывали согревающего эффекта. Последние дрова догорали в пламени костра.

   - Да! Как в песне поется: "Чудно время провели...", - попытался сострить Андрей, ежась от холода.

   - Слушайте! А не пойти ли нам к Горохову? Выпивка для него осталась. Печь растопим, погреемся, - предложил Сергей. Горохов был его знакомым, с которым друзья встретились вечером в деревне. Серега, приезжая на рыбалку, останавливался у него. Тот был любитель выпить, как, впрочем, почти все деревенские мужики.

   Никто не стал возражать. Взяв выпивку, оставшуюся скудную закуску, и спящего Пескаря друзья отправились в сторону деревни.

  ****

   Горохов был даже рад, что его разбудили. Высокого роста мужик с невнятной речью, он растопил печь, и поставил на стол кастрюлю супа. Все, кто был в сознании, продолжили выпивать, заедая похлебкой. Все, кроме Андрея. Во-первых, его изрядно встревожило случившееся затмение разума, а во-вторых, он не забыл о своем желании немного поспать дома перед выходом на работу. Конечно, время уже далеко за полночь, да и хмель еще не отпустил его до конца, но, Андрюха если решил, то в сторону не свернет.

   Глядя на то, как Серега с Гороховым пытаются мычать какую-то песню под нестройный, запинающийся аккомпанемент гармони, Андрей понял, что, про серегино "обещаю тебя доставить в лучшем виде", можно забыть.

   Андрей поел, попил воды и встал:

   - Парни, время уже почти три часа ночи. Мне пора. Пока дойду в темноте. Может пару часов еще поспать удастся. Да и в дороге мозги проветрятся немного.

   - Так темно же! Вон и дождик заморосил, а это значит, что даже луна за тучами. Как дорогу-то увидишь?

   - Ну, дорогу я помню. Сейчас в темноте глаза попривыкнут, и дорогу от травы-то отличу. Главное лес пройти, а там в Шорниково фонарь горит - на его свет пойду. Не пропаду!

   Долго уговаривать Андрея остаться сил уже не было, и Серега с хозяином махнули на это дело рукой. Остальные, к тому времени, успели уснуть сном праведников.

   Андрей попрощался, и, не теряя ни секунды, вышел в дверь. Выйдя на дорогу, он выкурил сигарету, дал глазам немного привыкнуть к темноте, и, когда они стали различать слабые очертания дороги, и пятна луж на ней, зашагал к лесу.

   Дождь не создавал особых неудобств, так как скорее напоминал просто взвесь водяной пыли, что даже немного освежало начинающего трезветь Андрея. Долгая пешая прогулка его не пугала. Он любил ходить пешком, и выработал свой метод, как без особой потери сил проходить большие расстояния. Достаточно сразу развить оптимальную скорость и ритм шага, и не сбиваться даже при вынужденной остановке - в этом случае Андрей продолжал незаметно топтаться на месте, после чего продолжал движение с той же скоростью. Однообразный ритм вводил организм в подобие транса, и любые расстояния покорялись быстро и без усталости.

   Вот и в этот раз, шаг за шагом, Андрей пересекал темный ночной лес. О скорости, конечно, пришлось забыть, чтобы не угодить с разбегу в вязкую лужу, где можно и сапоги оставить.

   Вверх-вниз, вверх-вниз, с пригорка в яму, и снова на скользкий склон бугра, все ближе к цели. Последствия бурного пиршества тоже никуда не исчезли, но к одышке и покалыванию в боку прибавились головная боль, и назойливый насморк.

   К счастью, дикие звери по дороге не попадались, да Андрей об этом как-то и не думал, у него вообще иссякли все мысли, кроме одной - не сбиться с пути, да и та шла фоном, как бы на уровне инстинкта.

   Вскоре дорога стала ровнее, а когда тьма вокруг стала не такой густой и тесной, Андрей понял, что вышел из леса. "Прекрасно! Теперь уж не заблужусь," - порадовался он, не сбиваясь с ритма.

   Теперь можно было ускорить шаг, что и сделал наш ночной путник. Прошло не так много времени, и вдали показался одинокий неподвижный огонек. "Контрольный пункт номер один - Шорниково," - мелькнуло в голове Андрея, которому очень не хотелось в темноте форсировать лужи и канавы этой деревни. Свет фонаря приближался медленно, как во сне. И вдруг трезвеющий мозг сгенерировал мысль настолько ясную и неожиданную, что Андрюха оборвал ладный ритм шагов, и встал, как вкопанный.

   "А что, если взять левее, через поле? Я обойду грязь, сокращу путь, и выйду прямо к городу!" - рассуждал он, доставая сигарету.

   Поля здесь давно не возделывались, и обросли жесткой травой, высохшие костистые стебли которой не сплошь, но покрывали землю. Тем не менее, по твердому дерну можно было идти, не боясь увязнуть в грязи. Хотя отец Андрея рассказывал, что раньше в этих местах были непроходимые болота, позже осушенные.