Заблудиться в чистом поле (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   Прохладный и солнечный октябрьский денек неспешно близился к завершению. Вечер пятницы будоражил близостью отдыха и развлечений выходных дней. Но только не для Рокотова Андрюхи. Он работал электриком в совхозе, где с апреля по конец октября - в период страды, суббота также была рабочим днем.

   Совхоз - так по старой привычке и для краткости все называли сельскохозяйственное акционерное общество - занимал огромную территорию со множеством сел, деревень, ферм и полей. Однако администрация и обслуга базировались в городе-райцентре, в котором и жил Андрей. Электроцех представлял собой почерневшую от времени бревенчатую избушку на краю города, в кольце частных курятников и сараюшек. Всю пятницу Андрей занимался сколачиванием дощатых стеллажей под электромоторы, в сарае, отданном электрикам под крытый склад.

   Именно за этим занятием и застали его друзья, подъехавшие на тарахтящем ижаке с люлькой - "шикарном" мотоцикле цвета морской волны.

   - Дюха, есть предложение! - крикнул Серега - коренастый кучерявый парень, с круглым, обрамленным короткой щетиной лицом, заглушая рычание своего мотоцикла.

   - Здорово, пацаны! Куда намылились? - Андрей достал сигарету без фильтра и крепким рукопожатием поприветствовал Серегу, Леху и еще одного Серегу, по прозвищу Пескарь.

   - Поехали на рыбалку, на Толкуновку. С ночевкой, - Пескарь прикурил от Андрюхиной спички.

   - Да какая ночевка, мне же завтра на работу!

   - Да я тебя доставлю на работу в лучшем виде. Будешь как огурец. Давай, поехали! Я сейчас этих орлов отвезу, потом вернусь за тобой, и Вован как раз с работы придет. Он кстати уже подписался. Огурцы, окорочка и хлеб мы взяли. Вы с Вовкой берете "Рояль" и запить. Отдыхаем по полной! - Серега продолжал убеждать, приводя все больше доводов в пользу поездки.

   Андрей мучился сомненьями. С одной стороны, он прекрасно знал, что у них называлось рыбалкой: распитие спирта "Royal", разведенного водой, иногда с добавлением сухого напитка "Yuppy". Пили обычно до полной отключки. С другой стороны, провести выходные в скуке и одиночестве, ему хотелось еще меньше.

   Серега был человек вольный - ездил иногда на рынок в Москву, торговал скобяным товаром. Леха нигде не работал. Вовчик работал на фабрике, где завтрашняя суббота - законный выходной. Пескарь служил в армии по контракту, с графиком сутки через трое, и тоже мог оттянуться по полной программе. Одному Андрею завтра на работу.

   - Ладно, договорились! Я через час заканчиваю. Только пить много не буду, и до полуночи ты меня отвезешь обратно, чтоб я хоть проспался до работы, - дружески хлопнув Серегу по плечу, сказал Андрей, и втоптал в грязь докуренную сигарету.

   Парни с довольными криками под стрекот мотора скрылись в проеме между курятниками. Рокотов вернулся к работе.

   Их компания сложилась в незапамятные времена. В школе они учились в одном классе, более того, были в одном пионерском звене. Звеньевым был Андрей. Потом звено распалось - Андрей продолжил учиться в школе, надеясь поступить в институт, а парни поступили в разные ПТУ и техникумы. С институтом у Андрюхи ничего не вышло, и он самым первым из класса попал в армию. После демобилизации оказалось, что старое пионерское звено пришло из армии в полном составе, чуть ли не в один день. Совместное празднование дембеля затянулось почти на два месяца. Потом стали пытаться найти работу. В начале девяностых это было непросто, тем более в маленьком провинциальном городе. Даже если и удавалось устроиться, проблемы не исчезали, потому что зарплату, и без того мизерную, подолгу задерживали. И все же пацаны встречались почти каждый день, а если кому удавалось добыть денег - гуляли на всю катушку. Обычно у Сереги в гараже, у Вовки дома, или на природе. На природе особо почитаемым местом был берег маленькой речки Толкуновки, километрах в двадцати от города. Добираться туда было сложно, но место действительно было замечательное и уединенное.

  ****

   Окончив работу, Андрей решил не тратить лишние полчаса на дорогу домой, и остался ждать друзей у электроцеха. Недолгое ожидание было прервано знакомым треском мотора, и Андрей вышел к дороге. Он не ошибся - из-за поворота выскочил мотоцикл с парнями. Вовчик уже сидел в коляске, и, судя по счастливой улыбке, успел прогреть внутренности дозой алкоголя. Примерно о том же говорило и Серегино раскрасневшееся лицо.

   - Прыгай назад, мы уже все купили, - продолжал улыбаться Вован.

   - Я так примерно и понял, что купили, и разбавили. Молодчики! - Андрей забрался на заднее сидение мотоцикла в прекрасном расположении духа. Во-первых, теперь не надо в ларек заезжать, а во-вторых, ему досталось место на сидении. Это прекрасно, если принять во внимание то, как в люльке трясет, и как Серега любит лихачить, особенно когда "примет на грудь". Не раз бывали случаи непроизвольного катапультирования пассажиров коляски.

   Однако наслаждаться скоростью и ветром в лицо пришлось недолго. Когда съехали с центральной совхозной дороги на грунтовый проселок, пришлось заниматься мотофристайлом, чтобы не разбить мотоцикл в очередной колдобине. А когда подъехали к деревеньке Шорниково, пассажирам и вовсе пришлось покинуть борт.

   Эта деревня славилась своей уникальной дорогой, которая была как-бы вырыта широкой канавой между рядами домов. Причем поверхность "дороги" была значительно ниже общего уровня земной поверхности в деревне - где на полметра, а где и на метр с лишним. Видимо, поэтому дорога, даже в сильную засуху, представляла собой непролазное месиво из жирной грязи. А на выезде из деревни дорога, как река из грязи, впадала в "море" - огромную бурую лужу.

   Через Шорниково парни всегда проходили пешком, а Серега виртуозно проезжал по узкой полоске суши у заборов, стараясь не опрокинуться с тяжелым мотоциклом в жижу "дороги".

   Объехав гигантскую лужу, Серега дождался остальных. Дальше, до самого леса, пролегал плотный и ровный проселок. Однако, примерно через пару километров по лесу, дорога превращалась в череду глубоких ям с грязью, и крутых бугров. Пришлось вновь двигаться со скоростью пешего шага, периодически, совместными усилиями, с шутками и матерком, вытягивая мотоцикл из грязи, и втаскивая на спины бугров.

   В конце-концов, они выехали из лесу прямо к деревенской околице. В деревенском колодце набрали чистейшей, ледяной воды в пластиковую канистру, поприветствовали пожилого мужика - знакомого Сереги, и погнали дальше. Метрах в ста за деревней и было заветное место - у недостроенной бани при впадении в Толкуновку маленького болотистого ручейка.

   Леха с Пескарем успели к приезду остальных разжечь костер, разложить нехитрую закуску, и, конечно, "пригубить" разведенного водой рояля, покрашенного в зеленый цвет порошком юпи с вкусом экзотического фрукта киви.

   Опоздавшие сходу присоединились к пиршеству. Пили за "лося", за "то, чтоб все было, и ничего за это не было", и просто под хороший разговор. Незаметно стемнело. Чтобы не мерзнуть, импровизированный стол перенесли в остов бани, где, судя по надписям на стенах, любили отдыхать и другие компании.

  ****

   Очнулся Андрюха сидящим на полу бани со связанными руками и ногами, и саднящей болью в плече. Мысли ворочались медленно, будто залитые клейстером. А отрезок времени с момента начала пьянки напрочь исчез из памяти.

   - Че за ерунда? Кто меня связал? - с трудом ворочая языком, и выуживая из памяти нужные слова, просипел Андрей.

   - А, вернулся! - усмехнулся Вовка, - Мы тебя втроем вязали. Ты в окно порывался нырнуть, прямо вперед головой. Видать рояль левый попался. Такого с нами еще не бывало.

   Андрей осмотрелся: в углу, на куче тряпья, спал босой Пескарь, Вован с Лехой закусывали у стены, Серега подбрасывал ветки в костер. Андрюху распутали. Осмотрев себя, он обнаружил грязь на джинсах, и полуоторванный нагрудный карман на рабочей куртке цвета хаки. К счастью, индикатор из отделения для ручек не выскочил. Кто связан с электричеством, знает, что индикатор - это приборчик для определения напряжения, похожий на маленькую отвертку с лампочкой.

   Те, кто был в сознании, принялись наперебой реанимировать память Андрея. Какие-то обрывки начали и сами возвращаться в медленно трезвеющий мозг.