- Все-все, как здесь?
- Ну, конечно, не все. Я родился в 1962 году. Здесь 1877 год. Ты могла бы быть моей бабушкой.
- Значит, ты спишь со своей бабушкой? – в голосе Веры был притворный испуг.
- Во-первых, с очень симпатичной бабушкой, - я принятнул Веру к себе и поцеловал. – Кроме того, скорее всего, мы из разных миров. У тебя – свой мир, у меня – свой. И эти миры никак не пересекаются.
- Но как такое возможно?
- Не знаю. «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам», - процитировал я и спросил. – А у вас тут есть Шекспир?
- Есть.
Вера задумалась.
- А как у вас одеваются женщины?
- О-о-о, - только и смог сказать я.
- Что значит «О-о-о»? – спросила Вера.
- Держись, - я перевернулся на бок и обнял Веру одной рукой. – Ты сейчас лежишь, но все равно упадешь.
- Если бы мы в моем мире путешествовали на таком корабле по океану, то на нем был бы обязательно бассейн. И, может быть, не один. Мы бы с тобой, и другие пассажиры корабля, ходили купаться в этот бассейн. А из одежды у тебя была бы полоска ткани вот здесь, - я коснулся Вериной груди.
- И вот здесь, - моя рука скользнула в низ ее живота. - И больше ничего.
- Какой ужас! - сказала Вера, хотя никакого ужаса в ее голосе я не услышал. Было почти слышно, как в ее хорошенькой головке ворочаются мысли.
Наконец, она, как видно, пришла к какому-то выводу и схватила меня за ухо.
- Вот, почему ты такой распущенный. Надо тебя перевоспитать! – она стала слегка подергивать меня за ухо.
- С радостью, - сказал я.
Ее губы были влажными и целовать их было приятно. Моя рука скользнула между ног Веры, и я ощутил жар ее тела. Какое-то время мы «перевоспитывали» друг друга.
За иллюминатором уже посветлело. Я встал и выключил свет. Выпил из кувшина воды. Вера сидела на кровати, прижавшись спиной к стенке каюты, натянув на себя одеяло.
- А кто у вас правит? – спросила Вера.
- ? – не понял я.
- Кто у вас царь?
- Формально, у нас республика, - ответил я.
- А царь?
- Что «царь»?
- Куда девался царь?
- Ну, - потянул я. – Вообще-то его убили.
- Правда?
- Правда. Сначала арестовали, отправили в ссылку, а потом закололи штыками и сбросили в старую шахту.