Собак не было видно — впрочем, она бы их все равно не заметила до последнего прыжка. Может, взрыв их отпугнул. Может, они всегда оставались только снаружи. А может, псы в любую секунду ворвутся в разбитую дверь и завершат неоконченное дело.
В стене перед ними рваная дыра. Откуда-то льется вода. Сантиметров в пяти над полом поднимался гребень рваного бетона, край бездны — с другой стороны зияла вертикальная шахта диаметром в метр. На сомнительной прочности креплениях держались перекрученные жилы металла и пластика, другие под самыми неожиданными углами лежали поперек провала. Из пустоты била струя воды — наверху, похоже, прорвало трубу — и с плеском уходила сквозь невидимую решетку внизу.
Стена на той стороне была проломлена. За ней — темнота.
— Здесь осторожней, — предупредила Кларк.
Они вышли в просторное помещение с высоким потолком: как смутно припомнилось Кларк — главную приемную. Лабин, обернувшись, прицелился в дыру, из которой они вышли. Никто не прыгнул на них ни спереди, ни сзади.
— Большой зал, — доложила Кларк. — Темно. Информационные киоски и стойки для посетителей слева. Никого.
— Собаки?
— Пока нет.
Рабочие пальцы Лабина прошлись по краям дыры.
— Это что?
Она склонилась ближе. В усиленном линзами полусвете в стене что-то блеснуло, словно тонкая жила драгоценной руды. Из разбитого бетона там и тут свисали оборванные концы.
— Какая-то сеть, — сказала она, — вделана в стену. Металлическая, очень тонкого плетения. Вроде толстой ткани.
Лабин мрачно кивнул:
— Клетка Фарадея.
— Что?
— Защита. От воздействия электромагнитных импульсов.
Будто Бог хлопнул в ладоши — загорелся свет.
Блики в глазах мгновенно ослепили Кларк. Она, вскинув «Хеклер», дико замахала им в пустоту.
— Свет...
— Знаю.
Где-то в глубине здания загудели пробудившиеся машины.
— Господи Иисусе, — голос раздался со всех сторон, — вечно вам надо все усложнить. Дверь же специально открыл.
— Ахилл?
Линзы адаптировались, из белого фона проступили предметы и стены. Но в воздухе туманом висела пыль от взрыва, размывая резкость. От устроенного ими входа по полу веером расходились трещины, панели из полированного камня в противоположной стене вывалились и теперь лежали грудой обломков.
— Или на крышу бы приземлились, — продолжал голос. — Так ведь нет, дай вам штурмовать крепость. И посмотрите, в каком вы теперь виде! Посмотрите на себя! Еле на ногах держитесь.
Вдали заработал вентилятор, потянул струйки дыма и пыли в потолочные решетки. Воздух понемногу очищался. Лабин привалился к стене, давая отдых раненому бедру. Кларк уже различала цвета: потеки слизи у него на ноге блестели отвратительной ржавчиной и багрянцем — будто с него заживо содрали кожу.
— Помощь нам бы не помещала, — сказала она. Вздох откуда-то — отовсюду.
— Как и в прошлый раз. Кое-что не меняется, а?
— Это ты виноват, ушлепок. Твои собаки...
— Стандартные меры охраны после импульса, и разве я просил вас идти на них вслепую? Кен, ну что тебе-то в голову втемяшилось? Ваше счастье, я вовремя заметил.