– Я ему даже ничего не сломал.
– Однако, – она вновь посмотрела на связанного мужчину. – Так кто он?
– Тип по имени Ахилл Дежарден, – ответил Лабин. – Правонарушитель из Патруля Энтропии. И твой большой поклонник.
– Правда? А почему он связан?
– Для общего блага.
На секунду она задумалась, стоит ли развивать тему, а потом присела перед Дежарденом на корточки.
– Ты действительно пытался его остановить?
Ахилл кивнул.
– Ради меня?
– Вроде того. Не совсем, – ответил он. – Это… это сложно объяснить.
Он попытался освободиться от эластичных нитей, удерживающих его на стуле; те в ответ затянулись сильнее.
– Может, разрежешь веревки?
Она бросила взгляд через плечо; Лабин неотрывно следил за ней из полумрака.
– Нет, – ответила Лени. – Пока нет.
«Наверное, никогда».
– Брось, тебе его разрешение не нужно, – возразил Дежарден.
– Ты все видишь? – Он не должен был заметить ее движения, для простого смертного в комнате царила кромешная тьма.
– Дежарден – правонарушитель, – напомнил ей Лабин.
– И что?
– Ему улучшили функцию распознавания образов. Он видит так же, как обыкновенный сухопутник, но лучше интерполирует слабый сигнал.
Кларк повернулась к Дежардену и наклонилась поближе.
– Ты сказал, что знаешь.
– Да, – ответил он.
– Тогда расскажи, – шепнула она.
– Послушай, сейчас не самое подходящее время. Твой приятель крайне неуравновешен, и, если ты это еще не поняла, мы оба…
– Я так полагаю, – отозвалась Кларк, – что Кен сегодня сам не в своей тарелке. Иначе он бы нас уже убил.
Дежарден замотал головой и судорожно сглотнул.
– Ну что ж, – сказала Кларк. – Тебе известна история про Шахерезаду? Ты помнишь, почему она рассказывала свои сказки?
– О Боже, – простонал правонарушитель.
Русалка улыбнулась.