Мичуринское учение и религия: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Идеализм за все время своего существования создавал и питал одни только лжеучения, единственной целью которых является торможение прогресса науки и выработка наукообразной «аргументации» в пользу религии, фидеизма (то-есть предпочтения веры в бога науке), всех и всяких проявлений реакционной идеологии отживающих сил общества.

Борьба науки с религией в значительной мере осложняется и затрудняется тем, что религия находит поддержку и питательную почву не только в философском идеализме, но и в разного рода лжеучениях, паразитирующих, как пустоцвет, на живом теле науки. Служители религиозного культа с давних пор упорно стремились подчинить науку религии. В мрачную эпоху средневековья наука действительно утопала в богословии, во многом являлась служанкой церкви. Однако с течением времени благодаря трудам великих ученых и мыслителей-материалистов наука стала не только освобождаться из-под пагубного влияния религии, но и подрывать все ее устои. Тогда отцы церкви и философы-идеалисты (как, например, английский епископ Беркли) стали утверждать, что они готовы признать естествознание и все его достижения, но лишь при том непременном условии, что оно откажется от признания объективной истины, объективного существования, несотворимости и вечности мира. И в наши дни папа римский лицемерно заявляет, что-де религия признает науку, но не подлинную материалистическую науку, а лишь ту «науку», которая исходит из признания бога как творца мира. «Творец мира, а следовательно, бог, — говорит он, — вот то слово, которое мы требуем от науки».

В буржуазной науке существует множество таких направлений, которые не только мирятся с богословием, религией, но и являются ее опорой, питательной почвой, поставляют разные «доводы» в ее пользу и даже ставят религию выше науки. Характерной особенностью этих реакционных, лженаучных направлений в естествознании является то, что все они покоятся на идеалистическом мировоззрении.

Подходя к явлениям природы с предвзятым мнением и объясняя их неправильно, идеалистические направления в науке дают заведомо ложную, извращенную картину мира. Подобно религии и заодно с ней они стремятся протащить бога в науку, внушить людям или поддержать и укрепить в них веру в «сотворение мира», в «бессмертие души», в «загробную жизнь» и тому подобные суеверия и предрассудки. Именно эту черту идеалистических направлений в науке имел в виду А. А. Жданов, говоря, что «...современная буржуазная наука снабжает поповщину, фидеизм новой аргументацией, которую необходимо беспощадно разоблачать». Английский астроном Эддингтон, например, из математических формул выводит такие «существенные константы» мира, как апокалиптическое число 666, которому религия придает исключительно важное, устрашающее значение в судьбах человечества. Некоторые буржуазные ученые, перенося результаты исследования законов движения конечной, ограниченной области вселенной на всю бесконечную вселенную, договариваются до конечности мира, до ограниченности его во времени и пространстве. Астроном Милн даже «подсчитал», что мир якобы создан 2 миллиарда лет тому назад. «К этим английским ученым, — замечает А. А. Жданов, — применимы, пожалуй, слова их великого соотечественника, философа Бэкона о том, что они обращают бессилие своей науки в клевету против природы».

«Аргументацию», поставляемую идеалистическими направлениями в науке, служители религии широко используют для борьбы с передовыми, материалистическими теориями естествознания, способствующими выработке научно-атеистического мировоззрения. Так, например, совсем недавно в своей энциклике «Humany generis» («Происхождение человека») папа римский заявил: «Некоторые неосторожно и неблагоразумно полагают, что происхождение всего существующего объясняется эволюцией, хотя даже в области естественных наук это полностью не доказано». Научной теории развития природы и происхождения человека от обезьяноподобных предков папа римский противопоставляет наивные измышления религии о неизменяемости природы и о происхождении людей «от Адама, созданного богом из ничего». При этом он опирается на «доводы», поставляемые идеалистическими направлениями в биологической науке — витализмом, вейсманизмом-морганизмом и другими.

Таким образом, прямой, коренной противоположностью религии являются далеко не все существующие в науке направления. Прямой противоположностью религии могут быть и действительно являются только передовые, материалистические направления в науке, дающие человеку возможность изменять, преобразовывать мир соответственно своим потребностям.

Эволюционное учение Дарвина и его роль в борьбе науки против религии

Биология — наука о живой природе, о закономерностях жизни и развития растений и животных — создавалась трудами многих ученых. Однако на вполне научную почву впервые поставил ее Ч. Дарвин.

Дарвин на основе наблюдений и теоретического обобщения многовекового практического опыта сельского хозяйства установил изменяемость биологических видов и преемственность между ними и разработал научную, всесторонне обоснованную, материалистическую в своей основе теорию постепенного развития живой природы. Положив конец воззрению на виды животных и растений как на ничем не связанные, случайные, «богом созданные» и неизменяемые, Дарвин тем самым в корне подорвал вековые устои религии, в частности религиозную догму о «сотворении мира».

Одним из основных догматов всякой религии является фантастическое измышление о том, что мир и все населяющие его виды живых существ, до человека включительно, будто бы были сотворены богом и притом сотворены сразу, в течение нескольких дней. Эта религиозная догма, с древнейших времен поддержанная и закрепленная классовыми интересами реакционных сил общества, до середины XIX века господствовала и в биологии. Исходя из нее, биологи-идеалисты К. Линней и Ж. Кювье, вопреки сделанным ими же самими важным научным открытиям в области систематики растительного и животного мира, сравнительной анатомии и палеонтологии, утверждали, что многочисленные виды растений и животных являются результатом одного или многих божественных творческих актов, что биологические виды никак не связаны ни между собой, ни с условиями их жизни, случайны, неизменяемы и их существует столько и таких, сколько и каких создал бог «в начале творения». Некоторые ученые того времени считали также, что все органы, признаки, свойства, отличия, склонности живых существ предобразованы (преформированы) в виде «зачатков», включенных в «первозданные» организмы еще при «сотворении» жизни, и с тех пор в неизменном виде передаются из поколения в поколение. С этой точки зрения, как утверждал, например, один из «отцов» католической церкви, «блаженный» Августин, первые «зачатки» людей и их органов, признаков и т. д. существовали в готовом виде уже «в чревах Адама и Евы». Сторонники этих и им подобных религиозно-идеалистических учений отрицали поступательное развитие растений и животных от низшего к высшему, от простого к сложному. А если и говорили о «развитии», то под ним подразумевали лишь постепенное обнаружение, развертывание, и увеличение заранее предобразованных «зачатков».

Если учение о творческих актах и неизменяемости видов питало религиозную догму о «сотворении мира», то учение о предобразовании (преформизм) представляло собой попытку якобы научного, биологического обоснования религиозной догмы о «бессмертии души». Именно в этом видели смысл преформизма философы-идеалисты, как, например, Мальбранш, Лейбниц и другие.

Против подобных антинаучных воззрений многие передовые ученые и мыслители-материалисты решительно выступали и задолго до Дарвина. Так, еще в XVIII веке великий русский ученый и мыслитель М. В. Ломоносов высказывался против каких бы то ни было ссылок на бога и религиозные догмы при объяснении явлений природы. Доказывая объективное существование взаимной связи и обусловленности явлений в природе, Ломоносов настойчиво требовал объяснения этих явлений естественными причинами. «...Напрасно многие думают, — писал он, — что все... сначала творцом создано... Таковые рассуждения весьма вредны приращению всех наук... хотя оным умникам и легко быть философами, выучась наизусть три слова: бог так сотворил; и сие дая в ответ вместо всех причин»[2].

Другой великий русский мыслитель-материалист, А. Н. Радищев, указывал на происхождение одних тел природы от других и на обусловленность явлений природы естественными причинами. Он также решительно разоблачал полнейшую несостоятельность упомянутой выше теории предобразования (преформизма). В отличие от некоторых своих современников, которые (как, например, французский ученый Ш. Боннэ) завершали «лестницу» существ в живой природе разного рода ангелами, архангелами, серафимами и в конце концов богом, Радищев завершал ее человеком, безоговорочно отвергая наличие в природе сверхъестественных явлений.

Материалистическую идею развития живой природы высказывали, разрабатывали и отстаивали также и многие биологи — предшественники Дарвина, например А. А. Каверзнев, П. Ф. Горянинов и в особенности К. Ф. Рулье — в России; Ж. Б. Ламарк, Ж. Сент-Илер — во Франции; К. Ф. Вольф, В. Гёте — в Германии и т. д. Однако в то время (XVIII — первая половина XIX в.) эта идея еще мало опиралась на факты и носила характер научного предположения. Против нее яростно боролись служители религии и ее защитники в области биологии. Поэтому неудивительно, что в те времена не только в обыденном сознании людей, но и в естествознании господствующее положение занимали религиозно-идеалистические воззрения Линнея и Кювье. С их безраздельным господством впервые покончило систематически, глубоко разработанное и прочно обоснованное учение Дарвина.

24 ноября 1859 года вышло в свет его гениальное произведение «Происхождение видов путем естественного отбора, или сохранение избранных пород в борьбе за жизнь».

До этого, в 1831 году, по окончании университета Дарвин принял участие в кругосветном плавании на корабле «Бигль». Это путешествие имело громадное значение для всей последующей деятельности великого естествоиспытателя. Из записных книжек Дарвина видно, что основные идеи и даже окончательная формулировка положений эволюционной теории созрели у него еще за 20 лет до их опубликования. Этот факт показывает, как требовательно, строго критически относился Дарвин к своей теории.

До путешествия на «Бигле» Дарвин придерживался тех же взглядов на биологические виды, что и Линней и Кювье. Но вскоре он усомнился в правильности библейского объяснения закономерностей происхождения видов растений и животных и пришел к выводу, что объяснение этих закономерностей следует искать в фактах реальной действительности и достижениях естествознания.

На основании своих наблюдений во время путешествия на «Бигле» Дарвин пришел к выводу, что виды растений и животных не постоянны, а изменчивы. Ныне существующие биологические виды произошли постепенно, естественным путем от других, ранее существовавших видов, а не сразу, не в результате особых «творческих актов», как это до Дарвина считалось общепринятым среди большинства естествоиспытателей. «Я вполне убежден, — писал Дарвин, — что виды изменчивы и что все виды, принадлежащие к тому, что мы называем одним и тем же родом, прямые потомки одного какого-нибудь, по большей части вымершего, вида...»[3]

Всестороннее подтверждение своему выводу об изменяемости биологических видов и об их постепенном, естественном происхождении от ранее существовавших предков Дарвин нашел в многовековом практическом опыте сельского хозяйства, дававшем богатый материал для решения вопроса о происхождении и закономерностях развития живой природы. Изучив и теоретически обобщив практический опыт искусственного разведения культурных растений и домашних животных, Дарвин пришел к выводу, что многочисленные сорта растений и породы животных не могли возникнуть сразу, внезапно такими совершенными и полезными, какими мы видим их теперь. В действительности их история была совсем иной. Ключ к объяснению этой истории, по словам Дарвина, следует искать в умении людей накоплять изменения в растениях и животных путем отбора: природа доставляет последовательные изменения, а человек слагает их в известных, полезных ему направлениях. В этом смысле можно сказать, что человек сам создал полезные для него сорта растений и породы животных. Отбор случайных уклонений в видовых признаках искусственно вызвал у животных и растений одного и того же вида глубокие различия, зачастую более глубокие и значительные, чем те, которые встречаются у разных видов одного и того же рода. Так, путем искусственного отбора из бедного листьями растения дикой капусты был выведен кочан огородной капусты; из тощего корня дикой моркови таким же образом получили все известные сорта мясистой огородной моркови. Так же были выведены и все другие культурные растения и домашние животные. Дарвин, сам разводивший все породы голубей, какие только мог достать, пришел к выводу, что, несмотря на их поразительное разнообразие, и они все произошли от одного исходного вида — от дикого сизого голубя.

Сущность искусственного отбора состоит в следующем: у растения или животного подмечается какая-либо полезная для человека особенность, и все особи (индивидуумы), обладающие этой особенностью, отбираются, тщательно ограждаются от смешения с остальными особями. Благодаря этой изоляции данная особенность сохраняется, упрочивается в целом ряде поколений и в результате получается вполне установившаяся порода.

Постоянное наличие у растений и животных значительного количества самых разнообразных уклонений в видовых признаках привело Дарвина к выводу, что все живые существа обладают свойством изменчивости, то-есть способностью беспрерывно изменяться.

Тот же факт, что растениеводы и животноводы имеют возможность не только отбирать желательные для них изменения, но и удерживать и накоплять их, Дарвин объяснял присущим живым существам свойством наследственности, сущность которого, по его мнению, состоит в воспроизведении потомством форм своих родителей.

Таким образом, обобщая опыт искусственного отбора, Дарвин установил и доказал: 1) изменяемость биологических видов; 2) наследственность возникающих в природе уклонений в видовых признаках и 3) преемственность между видами, то-есть то, что у организмов, обладающих неодинаковыми видовыми признаками, могут быть общие предки.

По аналогии с искусственным отбором Дарвин пришел к выводу, что и в природе, без вмешательства человека, новые виды происходят и изменяются путем отбора, только не искусственного, а естественного. Естественный отбор, по мнению Дарвина, складывается из трех основных факторов: изменчивости, наследственности и борьбы за существование.

Дарвин отметил, что сравнительно небольшое число организмов, фактически достигающих зрелости, не соответствует громадному количеству создаваемых природой зародышей. Это происходит, по мысли Дарвина, потому, что каждый зародыш стремится к развитию и между ними идет борьба за существование. При этом наибольшие шансы достичь зрелости и дать потомство имеют те особи, которые обладают какой-либо, хотя бы и самой незначительной, но полезной в борьбе за существование индивидуальной особенностью. Эти индивидуальные отличия, особенно если они встречаются у многих особей одного и того же вида, имеют тенденцию путем накопленной наследственности усиливаться в однажды принятом направлении, а именно в направлении отбора. Организмы же, не обладающие такими отличиями, легче погибают в борьбе за существование и постепенно исчезают. Таким образом происходит изменение вида путем естественного отбора, путем выживания наиболее приспособленных.

В своей книге «Происхождение видов» Дарвин вскользь, как бы мимоходом, упоминает, что его теория естественного отбора проливает свет науки не только на происхождение видов растений и животных, но и на происхождение человека. А через 12 лет, в 1871 году, он опубликовал свой знаменитый труд, специально посвященный этому вопросу первостепенной важности — книгу «Происхождение человека и половой отбор». В этом сочинении Дарвин показал, что в строении тела человека нет ни одной такой коренной черты, которая бы резко отличала его от высших животных. Зародыши человека и высших животных так сходны между собой, что на ранних стадиях развития их невозможно различить. У человека имеется ряд рудиментарных (то-есть заглохших, выродившихся) органов, более или менее значительно развитых у животных. На основании этих и многих других фактических данных Дарвин пришел к заключению, что те же доводы, которые свидетельствуют о взаимном сходстве и родстве различных животных, указывают и на сходство и родство между человеком и животными и приводят к выводу о единстве происхождения животных и человека. Дарвин показал также, что человек произошел от обезьяноподобного предка, от которого ведут свое начало и современные высшие, человекоподобные обезьяны.

Таково, в самых общих чертах, существо дарвиновской эволюционной теории - материалистической в своей основе теории происхождения и изменяемости биологических видов путем естественного отбора. Эта теория впервые дала научно обоснованный ответ на вопрос: откуда проистекает бесконечное разнообразие организмов в природе? «Какие бы превращения ни предстояли еще этой теории в частностях, — писал Энгельс, — но в целом она уже и теперь решает проблему более чем удовлетворительным образом. В основных чертах установлен ряд развития организмов от немногих простых форм до все более многообразных и сложных, какие мы наблюдаем в наше время, кончая человеком. Благодаря этому не только стало возможным объяснение существующих представителей органической жизни, но и дана основа для предистории человеческого духа, для прослеживания различных ступеней его развития, начиная от простой, бесструктурной, но ощущающей раздражения протоплазмы низших организмов и кончая мыслящим мозгом человека. А без этой предистории существование мыслящего человеческого мозга остается чудом»[4].

Доказав, что вся современная живая природа - растения, животные и человек — есть продукт процесса развития, длившегося миллионы лет, Дарвин тем самым нанес сильнейший удар господствовавшим до него в биологии религиозно-идеалистическим учениям. Для всех непредубежденных людей стала очевидной несостоятельность измышлений религии о сотворении видов богом, об их неизменяемости, о «божественном откровении».

Разработанная Дарвином эволюционная теория явилась большим завоеванием человечества в познании живой природы, громадной победой передовых, прогрессивных сил общества в борьбе за материалистическое, атеистическое мировоззрение, против суеверий и религиозных предрассудков. «Наука и Христос не имеют ничего общего» - таков вывод, который сделал из своего учения сам Дарвин. Этим и объясняется тот факт, что учение Дарвина встретило бешеное сопротивление со стороны всех реакционных сил буржуазного общества и прежде всего со сторону церкви.

Уже в первой рецензии на книгу «Происхождение видов» учение Дарвина было подвергнуто критике с позиций богословия, как в корне враждебное религии и непримиримое с ней. Особенную злобу богословов и ученых старого закала вызвала материалистическая теория Дарвина о происхождении человека. На одном из публичных диспутов, посвященных учению Дарвина, видный представитель англиканской церкви, епископ оксфордский Вильберфорс доказывал, что учение Дарвина противоречит «священному писанию и божественному откровению», «отвергает творца и несовместимо с полнотой его славы». А для того чтобы посрамить еретическое, безбожное учение Дарвина о происхождении человека, епископ обратился к присутствовавшему на диспуте стороннику этого учения профессору Т. Гексли с вопросом, «что он (Гексли) думает о происхождении человека от обезьяны? Считает ли он, что он сам происходит от обезьяны со стороны бабушки или со стороны дедушки?»

[2] М. В. Ломоносов, Избранные философские сочинения, стр. 214, 1940.

[3] Ч. Дарвин, Сочинения, т. 3, стр. 273. Изд-во Академии наук СССР, 1939.

[4] Ф. Энгельс, Диалектика природы, стр. 156. Госполитиздат, 1952.