Достойнейший: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вижу, переборщил. Чувствую недоверие. Понимаю — вам неудобно брать чрезмерно большую плату за пустяковую работу. Простите великодушно, сходу трудно разобраться в столь запутанной денежной системе. А если я предложу тысячу?

— Тысячу?

— Теперь я чувствую разочарование. Понятно, тысячи мало. Это правильно. Между нами говоря, такие организмы, как мы с вами, должны знать себе цену. Значит, вы получите самую подходящую сумму между тысячей и миллионом. Мы договорились?

— До… договорились, — промямлил Корягин., и тут же красавица с экрана заглянула ему в глаза и грудным, обволакивающим и тело, и разум, и душу голосом произнесла:

— Появился первый дозвонившийся. Итак? Вы готовы ответить на вопрос? Если да, ответьте, в чём же смысл?

Корягину, как первоклашке-активисту, очень хотелось дать правильный ответ. И дело не только в неизвестной сумме денег в непонятной валюте, и уж точно не в том, что Корягин был, с небольшими уточнениями и дополнениями, согласен, что особого смысла в существовании человечества нет. Хотелось порадовать красотку отточенной формулировкой. Но сбил медовый голосок, разбежались мысли… Эх, заглянуть бы в шпаргалку! Нет шпаргалки, зато сияет золотым светом в левом верхнем углу экрана магический квадрат. А в нём — горящие, пляшущие, пугающие знаки. Понять их нет никакой возможности.

Вдруг знаки отчётливо сложились в надпись: «смысл существования человечества с точки зрения Вселенной заключается в существовании».

И правда, так просто! Не бог весть, какое откровение, зато и выдумывать ничего не надо. Корягин, ни разу не сбившись, выдал ответ. И приуныл: красотка разозлилась! Её глаза превратились в узкие щёлочки, взгляд стал жёстким, как рентгеновское излучение, красивая головка укоризненно склонилась к плечу, мол не ожидала от тебя, Корягин, такого подвоха. Но, быстро напялив профессионально-радостную улыбку, ведущая восторженно заговорила:

— Вот оно, буквальное воплощение правила: какова раса, таковы её герои! Приз Достойнейшему ваш!

На шее у Корягина сам собой возник тяжёлый, мерцающий ультрамарином, медальон, а по экрану заметались брызги мультяшного салюта. Потом эти брызги вывалились из телевизора, по полу заклубился густой чёрный дым, всё исчезло, осталась лишь чернота, пронзаемая вспышками фейерверка, да запах озона пополам с пороховой гарью.

Дым — кислая смесь грозы и новогоднего фейерверка — колышущимися сизыми лентами вытянулся в приоткрытое окно. Проявились мутные из-за навернувшихся на глаза слёз очертания комнаты, и сразу — мерзкий железистый вкус во рту и зуд в нахватавшемся едкой гари носу. Придушившая жажда показалась невыносимой, и Корягин присосался к бутылке с пивом. А потом, переведя дух и утерев выступившую на лбу испарину, спросил:

— Апчхи! Мужики, что за?..

Не было ни ответа, ни самих мужиков. Остальное: диван, стол с рассыпанными картами и разноцветными столбиками фишек, стулья, и (ура!) табурет с хмельными бутылками — всё здесь, а люди пропали.

«От дыма, что ли, разбежались?» — удивился Корягин, а потом увидел друзей в телевизоре. Сидят, понимаете ли, в такой же точно комнате, делают ставки и совсем не обращают внимания на него, Корягина. Вернее, на отсутствие оного. Вернее, на присутствие, но в телевизоре. Вернее… не важно!

Корягин постучал костяшками пальцев по экрану, и, когда Сидоров обернулся, помахал рукой. Тот неохотно кивнул в ответ, и продолжил тасовать колоду. Значит, карты им важнее друга… пусть не друга, приятеля. А, всё равно!

Зазвенело, грохотнуло. Дверь, за которой прежде была прихожая, распахнулась в клубящуюся серым туманом пустоту, в комнату протиснулось нечто бочкообразное, лягушкоподобное, щупальцеголовое, болотно-зелёное; резко потянуло тиной и деревенским сортиром. Корягину почудилось — сердце, проломив рёбра, выпрыгнет прямиком в слюнявую пасть монстра.

— Гыр-гыр-буль-буль, лягушечка-дорогушечка! — закурлыкало существо. — А чё ты, гыр-гыр-буль-буль, скукожился? А давай метать икорочку! Вот я тебя, моя пиявочка, присосу!

Зелёная бочка обхватила, оплела, засосала. Корягин закричал, и, от греха подальше, грохнулся в обморок.

Сразу открывать глаза Корягин поостерёгся — мало ли что ещё примерещится? Хотя и с закрытыми чуял — ситуация изменилась к лучшему. Болотом не пахло, а пахло тонкими и дорогими духами. Корягин не слишком разбирался в женском парфюме, но тут мог поставить сотню против сломанной пуговицы, что запах дорогой и тонкий. И какой-то… будоражащий, что ли? Корягин рискнул приоткрыть один глаз. Чудовища в комнате не было, а была огненноволосая красотка из телеигры. Одежды на ней поубавилось, зато поприбавилось соблазнительного обаяния. Сердце Корягина в очередной раз едва не проломило рёбра.

— Привет, красавчик, — обволок чарующий голос красотки. — Чего разнервничался?

— А где это, зелёное? — прошептал Корягин, вставая с дивана.

— Не бери в голову, лягушка-дорогу…, тьфу, милый. Было и ускакало. Ты же не станешь отрицать, что каждый предразумный имеет право на собственные сексуальные предпочтения? Кому-то и лягушки — царевны! Бывает, и перепутаешь аватарку. Не со зла же, просто хочется всем угодить. Ква! А давай метать икорочку, ой, тьфу, расслабься, красавчик. Эй, чего удумал, герой? Опять в обморок?

Красотка подхватила готового снова нырнуть в беспамятство Корягина бархатными и нежными, но настойчивыми и сильными руками, и бережно уложила на диван.

— Что за день такой бестолковый! — всхлипнула красотка, из лилового глаза выдавилась перламутровая слезинка. Корягин почувствовал удушающие объятия дремучего чувства вины. В самом деле, девушка старалась. И чего, спрашивается, разволновался, в обморок хлопнулся? Стыдоба!

— Ладно, успокойся. Ну, пожалуйста, — опасливо погладив плечико расстроенного ангельского создания, сказал он. — Я не специально, а от неожиданности. На самом деле ты вовсе не страшная, даже наоборот. Я думал, царевны-лягушки только в сказках бывают.

— Ага, в сказках. Между прочим, от моего вида ещё никто в обморок не падал. И разумным, и предразумным и даже псевдоразумным умею угодить. Кремнийорганические жуки с Альтаира подтвердят, а они знают толк в таких вещах. И сернистым тритонам с Океана-XXL не каждая самка сумеет понравиться. Даже аммиачные палочники, те ещё эстеты, хоть и живут в кишечном тракте туманных живоглотов, тоже оставались довольны. Подумаешь, забылась, не в том виде показалась… Настоящий герой не будет судить по аватару, ему внутренний мир важнее. Мог бы с пониманием отнестись! Я же к нему с открытой душой, а он… На себя бы посмотрел, мешок с органикой! Думаешь, разумному с развитым чувством прекрасного легко без привычки в эдакое двуногое прямоходящее страшилище превращаться? Ну что, будем метать икорочку, ой, тьфу, попробуем ещё раз или как?

— Давай попробуем, — решился Корягин, хотя после того, что случилось, предпочёл бы «или как». Но и расстроенную царевну-лягушку не хотелось ещё сильнее расстраивать. Он вздохнул и решился её слегка приобнять.

— Ква! — сказала красотка и выметнула длинный лягушачий язык в случайно пролетающую мимо муху. Сцапала, слопала, облизнулась, и ещё раз довольно сказала: — ква!

— Ты специально? — отпрянув, воскликнул Корягин.

— Заметно? — удручённо спросила царевна-лягушка и снова пустила слезу. — Знаешь, как тяжело? То слизистые дельфины с Туманного Козерога, то ядовитый пещерный плющ из недр Антареса-II. Полная Галактика уро… тьфу, разумных, предразумных и псевдоразумных, и к каждому надо подход найти. Это так выматывает…