— А ты слева зайди. Подрежь ту развалюху, — я махнул в сторону древнего Форда.
— Как? — он повернул голову.
В одной из сережек, которыми сплошь были утыканы его уши, сверкнул бриллиант. За страсть к пирсингу Макс получил среди друзей кликуху Джек Воробей, которая со временем сократилась до простого Бея.
— А чо? — лениво хохотнул Блонди. — Ссышь? Не ссы! Мой папаня отмажет. Давай!
Он привстал на сиденье, дотянулся до клаксона и нажал на него со всей силы. Ближайшие автомобили шарахнулись в сторону, но большой автобус по-прежнему никуда не торопился.
— Бей! Меняемся местами! — крикнул Пашка.
— Как? На ходу? — Макс был самый осторожный из нас, никогда не рисковал попусту.
— А что? Слабо? Давай! Адреналина хочется!
Пашка перелез вперед и плюхнулся ко мне на колени, потом дернул на себя Макса. Тот вцепился в руль побелевшими пальцами.
— Блонди, отстань! В аварию попадем!
— Не боись! Пусти! Я сам!
Пашка перехватил руль рукой. Макс отстегнул ремень безопасности, извернулся, но побоялся покинуть водительское место. Машина шла на полном ходу и постоянно дергалась то в одну, то в другую сторону.
Мне было весело. Опасность будоражила мозг и разгоняла по телу кровь. Адреналин, которого так хотел Блонди, бушевал в голове.
— Меняйтесь! — крикнул я и перетащил к себе на колени Бея.
Он трясся от страха, а я хохотал. Смех так и рвался из груди. Классно же!
Пашка нырнул на водительское сиденье, и движение немного выровнялось. Макс наконец отцепил пальцы от руля и перебрался назад. Он теперь возбужденно дышал мне в затылок, но краем глаза я видел, как дрожат его руки. Бей у нас не только осторожен, но и немного трусоват. Но такой друг в компании нужен, чтобы сдерживать импульсивного и злого Блонди.
А тот попал в родную стихию. Он нырнул между белой Ауди и старой Нивой, обогнал тойоту и уже сигналил у стенок автобуса. Водитель испуганно выглянул в окно, что-то крикнул и газанул. Это только раззадорило Пашку. Он показал мужику средний палец, лавируя между машинами, обогнал неповоротливый автобус и стал подрезать его.
Водитель резко затормозил. Люди в салоне повалились друг на друга. Я свистнул, а потом открыл рот и завопил клич каманчей.
Сзади Макс сделал то же самое.
— Дави их, Блонди!
Пашка прибавил скорость и помчался вперед на зеленый сигнал светофора. Однако за поворотом он притормозил, дождался, пока автобус проедет мимо и снова оказался возле окна водителя.
— Какого хрена! — закричал шофер.
Бедный мужик обливался потом. Он не мог припарковаться в неположенном месте, но и двигаться нормально вперед было невозможно: наш красный Porsche 911 мелькал у него перед глазами, как огонь смерти.
— А это тебе за хрен! — завопил Пашка и резко повернул руль в сторону.
Блонди не камикадзе. Он не собирался идти на таран, но это движение заставило водителя автобуса тоже резко вильнуть. Люди в салоне опять повалились друг на друга. Кто-то открыл окно и крикнул:
— Бога на вас нет! Как не стыдно!
— Ха-ха-ха! — мы веселились от души.
Настроение было отличное. Хотелось встать и закричать на весь мир:
— Йо-хо-хо! Как классно жить!
Внезапно я увидел за стеклом девчонку. Ее голова дергалась от каждого резкого движения. Она то пропадала где-то внутри салона, то внезапно появлялась в окне. Кудряшки на лбу смешно тряслись, но огромные глаза были полны страха. На ее губе запеклась кровь. Она вцепилась обеими руками за поручень и дрожала.