Нет-нет, НЕТ, ему тоже больно. Ощущение, как будто его сердце вырвали из груди.
«Ты должен быть небезразличен к кому-то, чтобы тебе смогли причинить боль».
И разве он не поклялся, когда стоял над могилами своих родителей, что он больше никогда не будет небезразличен к кому-то? Что он будет держаться особняком и хранить целыми стены, чтобы защитить себя? Что он никому не позволит с ним сблизиться? Он всегда намеревался оставаться призраком, дрейфующим «в» и «из» жизней других людей. Выполняя свою работу, уничтожая врага, никому не позволяя узнать настоящего мужчину под маской.
«Ты должен быть небезразличен к кому-то…»
Бл*дь, как больно.
— Ты не должна выходить одна, Кеннеди. Убийца всё ещё где-то там. Он нацелился на тебя. Тебе нужна защита. Тебе нужен…
— Новый частный детектив? Не волнуйся, я найму одного как можно скорее. Я найду телохранителя. Я достану всё, что понадобится.
«Ты нужна мне, детка». Почему он не понял этого раньше?
— Я помогу тебе.
Она отвернулась от него. Открыла дверь.
— Помоги мне найти убийцу. Останови его. И посади за решётку. — Внутрь хлынул солнечный свет с улицы.
— Тебе небезопасно находится там одной.
Она одарила его насмешливым смешком.
— Отсюда я вижу такси. Я пойду к машине, и она отвезет меня к моему брату, и у меня будут охранники, прежде чем ты успеешь моргнуть. Тебе больше не нужно беспокоиться обо мне.
— Кеннеди… — у Реми возникло чувство, что он всегда будет беспокоиться о ней. Между ними кое-что произошло. То, чего он никогда не ожидал. — Прости меня.
— Нет. Если бы тебе пришлось сделать всё это снова — ты бы сделал.
Он… дерьмо… Для человека, который обычно чувствовал, что у него по венам течёт ледяная вода, каждое произнесённое ею слово, было как огненный кол, проходящий сквозь него. Ярость… направленная на самого себя.
«Кем я стал?»
— Держись от меня подальше, — велела она ему, даже не оглянувшись, когда дошла до такси.
Он не отводил от неё взгляд. Реми наблюдал, как она проскользнула в машину. Как она захлопнула за собой дверь. Мгновением позже такси умчало прочь.
Почему он чувствовал, что что-то важное для него умчалось в той машине?
«Нет, нет, я ей нужен». Дело не закрыто. Оно всего лишь изменилось и всё. Он больше не под прикрытием. А так как он не под прикрытием, Кеннеди сможет узнать настоящего мужчину, которым он является.
«И кто он, бл*дь, такой?» Реми даже не был уверен, что сам понимает себя.
Он закрыл свою дверь. Спешно схватил телефон. Телефон. «Твою мать». Казалось такой умный ход иметь второй номер. Частная линия, чтобы использовать, пока он под прикрытием. Проклятый телефон был только что доставлен. И поскольку теперь Кеннеди была с ним настолько близка, он сам запросил его для себя. Если бы Кеннеди когда-нибудь взяла его личный телефон, он не хотел, чтобы она увидела любые звонки или сообщения от Джошуа.
«В этот раз он сам облажался».
Он провёл пальцем по экрану, и его напарник ответил на втором гудке.
— Привет.
— Ты где?
— В госпитале Милосердной богоматери. Собираюсь скоро предпринять ещё одну попытку с Кайлом.
Не предпримет. Не до того, как Кеннеди окружит себя адвокатами.