Всадник с улицы Сент-Урбан: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Слушай сюда, мелкий ты сукин сын, — посерьезнел Герки. Опустил дверное стекло. — К психиатру сходить не хочешь?

Сразу Джейк отвечать не стал.

— Ну, что молчишь?

— Рифка говорила, ваш новый раввин — чистый бриллиант. И очень современный. Может, мне с ним поговорить? Попросить, чтобы — ну, вроде как на путь наставил?

— Я на твоем месте не стал бы. Он не из этих… не из реформистов.

— Знаешь, Герки, думаю, мне лучше из города слинять.

— Ну-у, — протянул Герки, заводя машину, — если ты так решил…

— В Нью-Йорк хочу податься. Проблема в том, что я на мели совсем. Денег нет даже на дорогу.

— У всех свои проблемы, — сухо отозвался Герки.

— Герки, ты не понимаешь. Мои страсти…

— Все, хватит, не отвлекай меня. Я за рулем.

— …так разыгрались, совсем голову потерял. Как-нибудь ночью меня поймают полицейские. Где-нибудь в парке «Маунт Ройял»… или в Утремоне…

— Ты это все к тому, чтобы занять у меня денег?

— Да отдам я! Честно, милый.

— Шею бы тебе сломать. Следовало бы выволочь тебя сейчас же из машины и пасть порвать — для твоей же пользы.

— Мне б только двести пятьдесят бачков, и я исчезаю.

— А я всегда тебя подозревал! Ты это сам замечал, наверное, правда?

— Ох, Герки, какой ты умный! Этого у тебя не отнимешь.

— Ну, ты и змей! Жопа ты с ручкой! Ты в самом деле обжимаешься с парнями?

Джейк послал ему воздушный поцелуй.

— Возьми назад! Возьми его назад, грязный урод!

С самого детства каждую осень он смотрел, как птицы — вот хитрюги! — летят на юг, а в тот октябрь и сам последовал за ними. Через границу, к теплу и свету. Прямо как его дядья, обожающие Майами и нью-йоркские курорты в Катскиллских горах; да и как тетушки, которых манят и влекут к себе кудесники-врачи из клиники Мэйо[99].

Нью-Йорк, Нью-Йорк! Лишь он всегда был нашей подлинной столицей. Что там какая-то Оттава или Квебек-Сити! Мелкие городишки, куда приходится наезжать, когда надо дать на лапу правительственному гою за какой-нибудь контракт или разрешение на строительство. Те места, откуда исходят чиновничьи распоряжения, а вовсе не те, где бурлит настоящая жизнь. Ах, Нью-Йорк! В Монреале между Парк-авеню и Мейн нет ни одной табачной лавки, где заодно не торговали бы нью-йоркскими газетами: «Ньюс», «Миррор», «Дейли рейсинг форм»… А там Эд Салливэн, Багз Бэер и Дэн Паркер! Комиксы про Гампсов и про «Улыбчивого Джека». Дороти Дикс, Гедда Хоппер… Но превыше всех — Уолтер Уинчелл[100].

Во время войны Джейк был мальчишкой-несмышленышем. Что он запомнил? Ну разве что плакат на стене заведения Танского «Сигары & Воды», предупреждавший, что СТЕНЫ ИМЕЮТ УШИ и ВРАГ НЕ ДРЕМЛЕТ. Запомнились папа и мама, дядья и тетки, в пятницу вечером щелкавшие орешки, с нетерпением ожидая, когда же Соединенные Штаты в лице двух несравненных колоссов, доблестных витязей — Франклина Рузвельта и Уолтера Уинчелла — прекратят болтать чушь и наконец сподобятся вступить в войну. Британцами все восхищались: те были молодцы, истинные храбрецы, но гораздо больше надежд возлагалось на морскую пехоту США. Легко было представить, как мужчины, похожие на Джона Уэйна, Кларка Гейбла и Роберта Тейлора, оставят мокрое место от немецких танковых дивизий, тогда как Ноэль Кауард, Лоуренс Оливье и те другие, чьи лица мелькали в потоке британских военных фильмов, все выглядели как-то неуверенно, слишком уж по-человечески уязвимо. Как с тобой и со мной, с ними мог случиться сердечный приступ, могли завестись какие-нибудь полипы в прямой кишке, могли связаться с дурной компанией дети. Но Уинчелл? Изумительный Уолтер? Что вы! Его никакая напасть не возьмет! Там, у себя на Манхэттене, он всегда готов осыпать похвалами лучших из лучших — вечер за вечером, невзирая на национальность, цвет кожи и политические пристрастия. Уолтер Уинчелл разъезжает там на радиофицированном полицейском автомобиле и, бдительно поглядывая из-под широкополой шляпы, разоблачает «америка-фёрстеров», задает перцу противникам Рузвельта и мочит злодеев и юдофобов прямо в их норах. Кому же, как не славному У.У., рассказать всем мистерам и миссис в Америке, всем самолетам в небе и кораблям в море о том, какую страшную, неравную борьбу ведут евреи? Рассказать про Барни Росса; про Ирвинга Берлина и Эдди Кантора[101], столь бескорыстно расточающих свое время, силы и талант. Да и про то, что стрелком на первом самолете, потопившем японский корабль, летел еврейский мальчик — достаточно хороший мальчик, чтобы умереть за свою страну, но недостаточно хороший, чтобы быть принятым в некоторые клубы, названия которых У.У. может и огласить.

Нью-Йорк это марка, знак высшего качества. Оттуда прибыли в Монреаль Дженни Гольдштейн и Аарон Лебедефф[102]. Когда история «Эйби и его Ирландской Розы»[103] попала наконец на сцену монреальского «Театра Его Величества» и дядья с тетками ходили туда ее смотреть (да не раз, а целых два раза), на рекламных плакатах в виде гарантии значилось: ПОСТАВЛЕНО В НЬЮ-ЙОРКЕ. В благословенном Нью-Йорке, где Бернард Барух, сидя на парковой скамеечке, давал советы президентам и премьер-министрам, когда им дешево покупать и когда продавать подороже. Где мэр Ла-Гуардия таки был способен вставить словечко на идише! Где у Джейка есть даже троюродные братья — то ли на Деланси-стрит, то ли в Браунсвилле. Где записывал свои пластинки уморительный Мики Катц. Откуда прилетал Пьер Ван Паассен, чтобы, требуя пожертвований, повергать в слезы заполонившую проходы толпу слушателей рассказами о том, как Хагана[104] сражается в пустыне с Роммелем: иногда люди по нескольку дней не получают воды, так что порой им приходится пить собственную мочу.

— Он что, серьезно? Они там ссаку пьют?

— Ш-ш. Тише.

— Ты лучше подумай, — (это уже мать шепчет Джейку в другое ухо), — нет, только представь, что за удивительное создание человек!

Туда ведь и отец Джейка ездил; интересные делал там заготовки. Всего пятьдесят центов, и прямо при тебе печатают газетную страницу, а на ней аршинным шрифтом: РИТА ХЕЙВОРТ БРОСАЕТ АЛИ ХАНА[105] РАДИ ИЗЗИ ХЕРША!

Оттуда он привозил порошок, от которого жертва розыгрыша начинает чесаться, привозил всякие фальшивые чернильные пятна и забавные визитные карточки, которые раздавал на свадьбе Рифки:

[99] Клиника Мэйо — единая система частных некоммерческих клиник, обеспечивающих наивысший стандарт обслуживания пациентов в США. Основана братьями Уильямом и Чарльзом Мэйо в начале XX в. Серия комиксов про Гампсов была запущена в 1917 г. художником Сидни Смитом и продержалась 42 года.

[100] Эдвард Винсент Салливэн (1901–1974) — американский журналист и телеведущий. Артур «Багз» Бэер (1886–1969) — американский журналист, художник-карикатурист и писатель-сатирик. Дэн Паркер — по-видимому, имеется в виду журналист, больше тридцати лет проработавший редактором спортивной странички в газете «Нью-Йорк миррор». Серия комиксов про летчика, но к Нью-Йорку она отношения вроде бы не имеет, поскольку публиковалась (с 1933 по 1973 г.) в газете «Чикаго трибьюн». Ее придумал и рисовал художник и энтузиаст-авиатор Зак Мосли. Дороти Дикс (1861–1951) — настоящее имя Элизабет Меривезер Гилмер, американская журналистка, родоначальница жанра газетных советов по вопросам брака и семьи. Гедда Хоппер (настоящее имя Эльда Фёрри) (1885–1966) — танцовщица и певица, она сделалась посредственной актрисой немого кино; с приходом эры кино звукового осталась не у дел. Вела на радио колонки светских новостей. Уолтер Уинчелл (1897–1972) — газетный и радиожурналист. В двадцатые годы был связан с организованной преступностью Нью-Йорка и, боясь, что его убьют, бежал в Калифорнию. Через пару месяцев вернулся, стал работать на ФБР. В пятидесятые годы был большим почитателем и проводником идей сенатора Маккарти.

[101] Барни Росс, он же Дов-Бер Розофски (1909–1967) — американский боксер, еврей по национальности. В 1933 г. стал чемпионом мира в легком весе. Воевал в морской пехоте, практически в одиночку выстоял против чуть не двух десятков японцев и, раненый, всех их уничтожил, при этом спас товарища. Удостоен Серебряной Звезды (третьей по значимости военной награды США) и приема у президента. Ирвинг Берлин (настоящее имя Израиль Моисеевич Бейлин) (1888–1989) — американский композитор. Написал более 900 песен, восемнадцать мюзиклов и музыку к восемнадцати кинофильмам. Эдди Кантор (настоящее имя Эдвард Израиль Искович) (1892–1964) — необычайно популярный в 20-30-е гг. актер, танцор, певец и автор песен.

[102] Дженни Гольдштейн и Аарон Лебедефф — актеры «Монреальского идиш-театра Доры Вассерман».

[103] «Эйби и его Ирландская Роза» — популярная пьеса Анны Николс об истории любви девушки-ирландки и еврейского юноши. Была впервые поставлена на Бродвее еще в 1920-е гг. и продержалась сорок лет.

[104] Бернард Барух (1870–1965) — американский финансист, государственный деятель и политолог. Был советником двух президентов — Вудро Вильсона и Ф.Д.Рузвельта. Фьорелло Генри Ла-Гуардия (1882–1947) — мэр Нью-Йорка в течение трех каденций — с 1933 по 1945 г. Его матерью была итальянка еврейского происхождения Ирен Коэн. Мики Катц (Меир Майрон Катц) (1909–1985) — актер и музыкант, специализировавшийся на пародиях и еврейском юморе. Пьер Ван Паассен (1895–1968) — датско-канадско-американский журналист, писатель и священник. В 1933 г. десять дней провел в заключении в лагере Дахау. Снискал славу репортажами о конфликтах между арабами, британцами, евреями и французами на Ближнем Востоке. Всегда сочувствовал сионизму. Хагана (оборона, защита — иврит) — еврейская полувоенная организация в Палестине, существовала с 1920 по 1948 г. С образованием еврейского государства стала основой Армии обороны Израиля.

[105] Рита Хейворт (Маргарита Кармен Канзино) (1918–1987) — американская актриса; секс-символ сороковых годов. Принц Али Соломон Ага Хан (1911–1960) с 1958 по 1960 г. был вице-президентом Генеральной Ассамблеи ООН от Пакистана. С 1949 по 1953 г. состоял в браке с Ритой Хейворт.