Дикарь, как понял правитель, предпочел из общего числа самых толстых теток. Его племя жило впроголодь, про избыточный вес в нем никогда не знали, и самые упитанные хранительницы показались ему самыми красивыми.
— Забирай, — небрежно махнул рукой Найл.
Паренек, полностью входя в роль рабовладельца, цапнул за плечо одну, вытолкнул вперед, потом за шею вытащил другую. Указал им в сторону дома.
Тут не выдержала Нефтис, и с силой ударила его тупым концом копья промеж лопаток:
— Поклонись правителю, мужчина!
— А-а! — испуганно заметался паренек, не понявший ни слова.
Но кто-то из восьмилапых любезно перевел, и к дикарю вернулось спокойствие.
— Благодарю тебя, Посланник Богини, — неуклюже поклонился он, и тут же радостно потрусил вслед за подарком.
Нефтис презрительно сплюнула:
— Самцы безмозглые.
— Забудь, — положил Найл руку ей на плечо. — Главное, что он расскажет про нас и про хранителей всем, кого только встретит.
Послышался совсем негромкий хлопок — но земля под ногами мелко-мелко задрожала, словно чего-то сильно испугалась, а дома заметно глазу качнулись из стороны в сторону. Но устояли — разве только превратилось в белое облачко и полетело вниз стекло примерно посередине одного из небоскребов.
— Да, наши предки умели крепко строить, когда была такая потребность, — уважительно кивнул Найл и, прикрыв глаза ладонью, посмотрел на небо: — Хранитель тоже выдержал намного дольше, чем я ожидал.
Посланник Богини попытался себе представить, во что превратился здешний арсенал. Раз громкого взрыва и огненного столба не наблюдалось, значит все осталось внутри. Наверное, сейчас вместо трех подземных этажей осталась только одна полость с оплавленными стенками. Неважно. Главное — никаких жнецов, излучателей и гранат отсюда в мир больше не придет. Хоть за это можно больше не беспокоиться.
— Ну, и где ваше чудовище? — повернулся он к братьям по плоти.
— Сейчас будут… — Моряки закинули на пироги сеть, столкнули лодки с берега и взялись за весла. Они отошли на пару сотен метров от берега, там пироги разошлись в разные стороны, выбрасывая в воду снасть, повернули к берегу. Люди все вместе взялись за концы и принялись вытягивать бредень на берег.
Улов получился неплохой — но никого крупнее круглоглазого каменщика в сверкающей серебристой чешуей каше не оказалось.
Посланник Богини потребовал повторить ловлю в другом месте — но и там водилась только рыба. На третий заход не хватило дня: тянуть концы пришлось бы уже в темноте. Часть последнего улова — живую, трепещущую рыбу расхватали пауки, а все остальное братья выпотрошили на берегу и отнесли к огню. Поели сами, остатки запеченной над огнем рыбы отдали пленницам.
Смеркалось.
Найл немного отошел от лагеря в направлении леса, остановился.
— Куда вы, мой господин? — немедленно появилась рядом Нефтис.
— Смертоносец Мокрый сказал, что они оставили хранителей вокруг поляны. Приклеили за руки к деревьям. — Правитель прикусил губу. — Интересно, придут или нет?
На небе, оставшимся на эту ночь без туч, зажигались звезды, скромно приподнялась над горизонтом почти полная Луна.
— Идемте спать, мой господин. Узнаем обо всем утром.
Из зарослей донесся истошный крик.
— Пришли, — с облегчением вздохнул правитель.
Крик повторился, к нему присоединился другой.
— Какой же я все-таки выродок, — на этот раз Найл вздохнул уже без всякого облегчения.
— Что вы говорите, мой господин?!
— Говорю, что выродок и подлец, — повторил правитель.