Найл открыл глаза, увидев чистое небо, облака впереди, сверкающие отраженными лучами стекла высящегося в трех сотнях метров от него небоскреба, зеленый лес за ним — и тут его словно ударило жалом скорпиона в затылок: он понял! Он понял все!
Посланник Богини вскочил, спрыгнул на крышу к братьям:
— Нефтис, шериф, все! Вы верите в то, что Семя рядом? Да? Нет? Ну-ка, Нефтис, Поруз, вспомните: мы поднимались по полумертвому небоскребу, в котором жило несколько хронически голодающих племен примерно до тридцатого с небольшим этажа. Потом начались губка, герань, палочники, слизняки. Где-то этажей через двадцать все это стало сходить на нет, и потом встречались только отдельные тарантулы и травинки. Так?
— Да, мой господин, — кивнула Нефтис.
— Значит, между тридцатым и пятидесятым этажом находился источник жизненный энергии, позволяющий всем этим существам существовать и изменяться. Я прав?
С этим тоже никто не мог поспорить.
— Значит, Семя здесь. И не просто здесь, а лежит на высоте примерно сорокового этажа. Но мы его не нашли. Почему?
Тут северянин перехватил периодически бросаемые Найлом в сторону взгляды и радостно сжал кулаки:
— Я понял, мой господин! Я понял! Семя Богини здесь. Просто мы полезли не в то здание.
Братья по плоти облегченно загалдели, собравшись на краю крыши.
— Это что же нам, теперь вниз по всему дому спускаться, а потом опять наверх топать? — недовольно пробурчал Навул. — Может, перелезем как-нибудь?
— А ты перепрыгни! — предложила Юлук.
— Нет, правда, Посланник, — на этот раз паренек обратился прямо к Найлу. — Может, можно как-нибудь с крыши на крышу перебраться? Ведь тут, вроде и недалеко? Наверное, не труднее, чем весь поход вверх и вниз еще один раз повторять?
— Не знаю, — засомневался правитель. — Если кто и сможет организовать переправу, так только пауки. Любопытный, вы можете натянуть между домами паутину?
— Можем, — с неожиданной легкостью согласился смертоносец. — Вот только жуки по паутинам ходить не умеют, а нам их не удержать.
— Мы не нуждаемся в вашей помощи! — с обидой парировал один из бомбардиров. — У нас есть крылья, и мы умеем летать!
Черные глянцевые туши подползли к самому краю крыши, спины их раскололись и толстые хитиновые надкрылья медленно разошлись в стороны. Так же медленно, с бумажным шелестом, двинулись передними краями вперед, одновременно расправляясь, прозрачные с темно-синими прожилками крылья. Бомбардиры подползли еще немного, нависнув передними половинами тела над бездной. Послышался ровный гул, крылья исчезли, превратившись в размазанные круги, и жуки взлетели, медленно, с достоинством направившись к ближайшему дому, проскользнули вдоль его стены.
— Почему они не садятся? — не поняла Нефтис.
Бомбардиры не сели на соседнюю крышу, потому что за время полета оказались почти на метр ниже верхнего края дома.
Шестилапые совершили широкий разворот, натужно гудя и пытаясь набрать высоту, снова зашли на посадку — но теперь проскочили почти на два этажа ниже нужного уровня. В отчаянии, они повернули назад, к братьям. Увы, высота обоих небоскребов ничем не отличалась.
Бомбардиры прогудели под братьями, продемонстрировав им свои спины, еще раз обогнули соседнее здание. За время разворотов они потеряли куда больше полусотни метров, и теперь не имели никаких шансов на посадку. Разве только на землю. Впрочем, жуки поняли это сами: они сделали прощальный круг перед братьями, а потом решительно отвернули в сторону кораблей.
— Надеюсь, у тебя все получится более удачно, — оглянулся Найл на Любопытного.
— У меня получится все! — мысли смертоносца пропитывала снисходительность по отношению к неуклюжим бомбардирам. — Это совсем несложно.
Он забежал на надстройку и замер, высоко подняв передние лапы. Спустя несколько минут сорвался со своего места, выскочил на угол дома, небрежно пришлепнул кончиком брюшка паутину и упал вниз.
Братья по плоти кинулись к краю, внимательно наблюдая за его действиями. В этот миг все настолько волновались за смертоносца, что забыли даже о страхе высоты.
Тем временем Любопытный, выпустив полсотни метров влажной белой нити, принялся пританцовывать на стене, отталкиваясь от нее и опускаясь снова. Иногда ему удавались прыжки метров на двадцать, иногда на десять. Внезапно смертоносец упал еще на полсотни метров вниз, и снова начал странный танец.
— Что он делает? — спросил Найл, но никто не ответил. — Что он делает?
Снова не получив ответа, правитель отвлекся от пропасти и окинул взглядом пауков:
— Трасик, что он делает?
— Ветер ловит, Посланник. Когда в детстве нам требовалось натянуть паутину между деревьями, мы всегда так поступали. Выпускаешь нить, ждешь ветра. Потом тебя начинает раскачивать, и нужно только попасть на то дерево, которое выбрал.