— Может, лучше оставить вместо него моряка? Ведь брат по плоти ничего не понимает в рангоуте!
— Там нужнее воин, Назия… — правитель вгляделся в лес, запоминая приметы места, от которого придется искать дорогу к водам клана Ореховых Стержней. — А что касается моряков… То им нужно двигаться вдоль леса до устья Голодной реки, по ней подняться на юг до островов с каменным лесом, а там, возможно, и спрятано семя, ради которого мы и отправились в путь.
— Поднять парус! Рулевой — нос направо спокойно! Нос прямо! Не грусти, бездельники, скоро берег!
ЧАСТЬ 3
ГОЛОДНАЯ РЕКА
Берег ждали все, но час проходил за часом, высокие мангровые деревья с пышными кронами уходили назад, однако горизонт впереди по-прежнему оставался чист. Ночь корабли провели в дрейфе, а с первыми лучами снова подняли паруса.
— Земля! Вижу землю! — радостно закричал забравшийся на мачту флагмана моряк, указывая почему-то на север.
Назия вопросительно оглянулась на правителя, но Найл отрицательно покачал головой:
— Только вперед. Нам нужно на юг. Северный горизонт темнел, наливался красками, подступал все ближе и к вечеру стало ясно, что это точно такой же мангровый лес, как и по левому борту.
Зато в носы кораблей стало ощутимо упираться встречное течение, постепенно снижая скорость движения. Когда флотилия остановилась на ночлег, ширина реки от леса до леса составляла почти полкилометра, а к полудню следующего дня — от силы сотню метров.
Над палубами стали крутиться мошки и деловито жужжать мелкие болотные комары, вдоль левого борта долго плыла небольшая трехметровая черная пиявка, но места присосаться так и не нашла.
Хотя по берегам все еще стояли на широких ажурных корнях мангровые деревья, становилось понятно, что путешественники находятся уже не в море.
Места для высадки не имелось, пришлось ночевать на воде, и утром появились первые укушенные: бледные и вялые от потери крови моряки демонстрировали круглые комариные укусы. В ближайшие дни эти люди не годились уже ни работать на веслах, ни держать руль.
— Подниматься нужно, выше, — поторапливал Назию Посланник, — Уйдем от болот, станет полегче.
Теперь корабли шли одновременно и на веслах, и под парусом, отвоевывая у реки километр за километром, пока русло неожиданно не повернуло строго на юг, и не растворилось в широком разливе.
Слева по борту раскрылась обширная прямоугольная поляна, окаймленная густым низкорослым кустарником, на которой паслось стадо долгоносиков, и Посланник Богини решил дать людям возможность немного отдохнуть. Стаи комаров и мух остались позади, борьба с течением вымотала гребцов. Все давно соскучились по твердой почве под ногами и горячему мясу вместо опостылевшей соленой рыбы.
— Назия, — окликнул он морячку, — подведи корабли к зарослям метрах в ста за поляной.
— Там неудобно высаживаться, Посланник.
— Ерунда, высадимся. Зато долгоносиков не спугнем.
Покрытые яркими, сверкающими панцирями жуки обладали вкусным, нежным мясом, и обычно не вырастали в размерах больше человека — а значит, их можно запекать на огне целиком.
Морячка кивнула, поняв мысль правителя, вперила взгляд в корабельного паука, и тот передал приказ командующей на малые суда.
— Спустить парус! Рулевой, нос налево не торопясь!
Два других корабля продолжали свое движение еще минут пять, после чего резко повернули носы к берегу.
Шериф Поруз опять организовал высадку по всем правилам, и заметно отстал от отряда Юлук, просто попрыгавшего в кустарник — люди вперемежку с жуками и смертоносцами. Не пытаясь таиться, они дружно ломанулись сквозь растительность: люди протаптывали проходы для восьмилапых, пауки прощупывали мысленными импульсами путь, отпугивая или парализуя встречную живность. Северянину, чтобы их догнать, пришлось на время забыть про тактику и разведку, про боевое охранение и стрелковое прикрытие, и просто бежать следом. Попавшихся по дороге гусениц, мух и мокриц люди оставили на поживу паукам, а сами заняли позиции в тени кустарника. Долгоносики тревожно зашевелились, поглядывая в ту сторону и отступили на несколько метров к воде.
— Пора, — кивнул Найл.
Навул вместе с двумя братьями и двое моряков спустились в подтянутую Нефтис пирогу, быстро переплыли на берег и затаились в траве. Пирога сделала еще две ходки, доставляя им подкрепление, потом в хрупкую посудинку осторожно забрались смертоносцы.
Появление на берегу пауков, излучающих лютую злобу, заставило жуков забеспокоиться, более крупные самцы переместились на эту сторону стада, прикрывая слабых и молодых собратьев. Тут из травы поднялись братья и дружно бросились вперед, на ходу метая копья.
В долгоносиков они не попали, но цели своей достигли: стадо сорвалось с места и, не разбирая дороги, кинулись бежать.
Сидящие в засаде охотники выступили из кустарника только тогда, когда до дичи оставались считанные шаги, хладнокровно, на выбор поражая самых крупных жуков — от прямого удара граненого наконечника тяжелого боевого копья никакие панцири спасти не способны. В течение считанных секунд у ног братьев по плоти полегло практически все стадо — лишь нескольким счастливчикам удалось разбежаться по сторонам и затаиться в кустарнике, раздвигая гибкие ветви своим длинным носом.
Пока пирога перевозила на берег остальных людей и пауков с флагмана, на берегу уже успели собрать хворост.
Нескольких добытых долгоносиков перевернули на спину и развели огонь прямо под ними. Вскоре над разливом потянулись соблазнительные ароматы жареного мяса.