— Спасибо тебе, Шабр, — узнала восьмилапого заметно смутившаяся девушка.
— И прости, — добавил Найл. — Нужно посмотреть, не отстал ли кто на бездорожье.
Как и ожидал правитель, перегруженные повозки засели по самую ось, не проехав по песку и сотни шагов. Мерлью уже поняла свою ошибку и руководила разгрузкой: несколько женщин, скинув котомки, перетаскивали узлы с первой повозки на коляску принцессы. Похоже, дальнейший путь дочь Каззака тоже собиралась преодолеть пешком.
— Не поможет, — хладнокровно прокомментировал правитель, подойдя ближе.
— Что не поможет? — не поняла принцесса.
— Нужно облегчить коляски, как минимум, на две трети. То есть раскидать груз с одной на все три повозки.
— А остальное мясо куда? Бросить?
— У тебя столько мяса? — поразился Найл. — Однако ты запаслива…
— В дороге лишней провизии не бывает, — отрезала Мерлью.
— Это точно, — согласился правитель и повернулся к стражнице: — Нефтис, к нам присоединилось довольно много народу налегке. Собери их и приведи сюда. Принцесса Мерлью обеспечит им поклажу.
— Может, твою коляску тоже нагрузим? — предложила принцесса. — Все равно пустая.
— Так и сделаем. А где Симеон?
— Вперед побежал. Подожди, я сейчас. Мерлью перепоручила хлопоты с узлами Савитре, вернулась к Найлу и взяла его под руку.
— Я уже забыла, когда в последний раз гуляла по песку. Словно в детство вернулась.
— Завидую, — усмехнулся Найл. — Я бы предпочел другие воспоминания.
— Почему? — удивленно приподняла брови девушка.
Найл промолчал и ускорил шаг, нагоняя уходящую вперед колонну.
— А мои… служанки… нас… догонят? — начала задыхаться принцесса, изящные туфли которой вязли в сыпучем песке.
— К вечеру, — кивнул правитель. — Следы от нас остаются заметные, не заблудятся.
— Постой секунду, — взмолилась принцесса, — дай передохнуть!
— У тебя очень красивые туфельки, — похвалил Найл, — впервые такие вижу.
— Да-а? — кокетливо, несмотря на усталость, улыбнулась Мерлью.
— Да, — кивнул Найл. — Ты бы сняла их да пошла босиком.
— А долго еще идти?
— Дней десять.
— Великая Богиня! — охнула принцесса и села на песок.
Все-таки Найл не устоял и позволил Мерлью до вечера ехать в своей коляске. Правда, утром эта красавица надела уже не туфли, а низкие мягкие сапожки, красное же платье сменилось ярко-белой блузкой и бирюзовой плиссированной юбкой. В ушах сверкали жемчужные серьги, в волосах — заколка из яшмы.
— Ты что, весь гардероб с собой забрала? — съехидничал Найл.
— Что же я его — врагам брошу? — поджала губы принцесса, и правитель махнул на нее рукой.
Правда, нужно отдать ей должное, Мерлью поднялась на ноги без единой жалобы. Повторить ее подвиг смогли только гужевые, охранницы Смертоносца-Повелителя, Нефтис и еще несколько стражниц. Остальные люди валялись на песке, держались за ноги и тихонько стонали.