Набил мужик котомку блинами и говорит:
— Ну, я сыт, ешь сама, да пойдём, надо торопиться.
Жена наскоро поужинала, и пошли.
Идут они ночной порой; мужик опередил жену и стал из котомки блины доставать да на сучья вешать.
А жена заметила на деревьях блины:
— Ой, гляди-ка, гляди, на сучьях-то ведь блины!
— А что удивительного? Разве ты не видала, как блинная туча впереди нас прошла?
— Нет, не видала, я всё под ноги глядела, как бы за коренья не запнуться.
— Зайдём-ка, — мужик зовёт, — тут у меня ловушка на зайца поставлена, осмотрим.
Подошли к капкану, вынул мужик щуку.
— Ой, муженёк, как это рыбина-то в заячью ловушку попала?
— А ты что, не знаешь — есть такие щуки: и по суше ходят.
— А я и не знала! Коли бы своими глазами не видела, никому бы не поверила.
Пришли к реке. Жена говорит:
— Где-то тут твоя сеть поставлена, давай поглядим.
Вытащили сеть, а в ней заяц.
Жена руками всплеснула:
— Ой, батюшки! Что это сегодня творится? В ячеях-то ведь заяц!
— Ну что квохчешь, будто век не видала водяных зайцев! — мужик говорит.
— То-то и есть, что не видала.
В ту пору дошли до места. Мужик выкопал котёл, нагрёб денег и о ноше, и отправились домой.
Дорога пролегала возле барской усадьбы. Только они сравнялись с усадьбой, как слышат: «Ме-ге-гее… ме-ге-гее…» — овцы блеют.
— Ой, как страшно! Кто это? — баба шепчет.
А мужик ей:
— Беги скорее! Это нашего барина черти давят. Как бы они нас не заметили!
Прибежали домой, насилу отдышались.
Спрятал мужик клад, стали спать ложиться:
— Смотри, Татьяна, никому не сказывай про клад, а то худо будет!
— Ой, что ты, да разве я скажу!
На другой День встали поздно.