– Вария приступила к операции, – сообщает мужчина, чье имя в такой стрессовой ситуации подростки не потрудились запомнить. – Мы тоже начинаем.
– Тсуна-чан… мы идем, – Рёхей первым активирует пламя. Остальные тоже без промедлений приходят в готовность.
Они готовы драться до последнего, лишь бы спасти подругу.
Пространство вокруг начинает рябить и искажаться, пряча усадьбу от посторонних глаз. Игра начинается.
***
– Вот и началось, – произносит Деймон, заслуживая недоуменный взгляд девушки, удивленной резко прерванному молчанию. – Твои рыцари вернулись.
Савада инстинктивно бросает взгляд в окно, не сразу вспоминая, что в этом нет смысла. Вокруг здания одни иллюзии, и вид за окном – абсолютная и безмятежная ложь. Тревога Тсуны усиливается, дышать становится немного тяжелее, но ей стоит держать себя в руках.
Спейд коротко рассмеялся.
– Очень сомневаюсь, что многие выживут в моих иллюзиях. Но если так выйдет, то я сам подарю смерть сильнейшим, – ого, речь классического босса локации. Когда это Тсуна и ее друзья вдруг оказались в Dark Souls?
Девушка набирает в легкие побольше воздуха и расслабленно улыбается, включая режим великой актрисы.
– А камеры есть? – уточняет она.
– Что?
– Ну, видеокамеры, чтобы наблюдать за ходом боя, – она объясняет нарочито медленно. – Разве не все злодеи так делают? Типа, надо же видеть, как ты побеждаешь? Или тебе неинтересно? Или ты наврал про свое материальное состояние, и у тебя нет средств? Ваа, как неловко.
Деймон смотрит на нее с недовольством. Разумеется, Тсуна это говорит в целях получения новой порции раздраженной моськи Джули, ведь ей вообще не хочется наблюдать за друзьями в опасной ситуации. Если она увидит, что они ранены, то сойдет с ума. Но если хорошенько подумать, то если она ничего не видит, то это не значит, что ничего нет. Ох, не лучший из нее друг, верно?
Погрузившаяся глубоко в свои мысли, Савада не сразу замечает, что Деймон снова куда-то ушел. Это ее шанс!
Еще вчера ей удалось немного изучить дом, но ничего путного не нашлось, ни кольца, ни пистолета. Сейчас Тсуна решила посмотреть места, где она еще не была. И действовать надо тихо и быстро.
Десять минут поисков принесли пусть и слабые, но все же результаты. Если ножницы, из-за которых у Тсуны возникали неприятные ассоциации, она проигнорировала, то вот нож на кухне можно было и захватить… А нужно ли? Задалась девушка этим вопросом, покручивая в руках холодное оружие.
Во-первых, смерть Джули не приведет к смерти Деймона, это ведь только сосуд. Во-вторых, с ее-то удачей Тсуне светит лишь сеппуку, хотя нет, это слишком круто для нее, а вот харакири вполне соответствует ее уровню способностей. В-третьих, она не убийца. Хах, наверное, этот факт нужно было ставить на первое место, а не вспоминать под конец?
Если она не может ничего сделать с Деймоном, то оставался только побег, который все еще казался тупой затеей, но каковы альтернативы? Тсуна не может сидеть тут, пока у друзей проблемы. Так что надо рискнуть, пусть и велик шанс того, что она просто-напросто заблудится в иллюзиях и помрет бесславной смертью.
Тсуна гипнотизирует входную дверь взглядом и тянется к ручке. Никто даже не потрудился закрыть выход, потому что сбежать бы попытался только истинный идиот. Что ж, Савада – самокритичный человек.
– И кто это тут у нас пытается уйти, не попрощавшись?
– Хииии! – Тсуна резко разворачивается, теперь имея возможность лицезреть ухмылочку Джули во всей красе. – М-мне… показалось, что кто-то стучал, ахах.
Жалостливый взгляд она вполне заслужила, могла придумать что-нибудь получше.
Деймон преграждает девушке путь, рукой подпирая дверь.
– Если ты сбежишь, то лишишь меня веселья наблюдать за страданием твоих глупых друзей, – последнее слово Спейд чуть ли не выплевывает, настолько много презрения он вложил в интонацию. – А потом, сломав их морально, я уничтожу их по-настоящему. Ну-фу-фу.
Тсуна сжимает челюсти и зло смотрит на парня, как же эти злодейские речи бесили и… пугали, даже несмотря на всю клишированность и смешную помпезность.
☆Промолчать и не злить его
☆Накричать
☆Попытаться образумить