У нее не проносится и мысли, что это бы мало помогло.
Пока раненных приводили хоть немного в порядок, подтягивались еще ребята. Никто не обсуждал поражение и дальнейшие действия. Даже Шоичи шокировано молчал.
– Как жалко, что все уже закончилось. Но ничего не поделать, – Бьякуран медленно шел к ним, за его спиной шествовали Погребальные Венки. Босс Мельфиоре привычно улыбался, не показывая радость от победы. – Пора бы мне получить честно заработанные кольца.
Тсуна начинает хохотать на слове «честные», колотя руками по асфальту от эмоций. Сцена выходила сюрреалистичной.
– Подожди, еще не все, – прерывает Шоичи и начинает тараторить. – Во время учебы в университете я выиграл последний Чойс, но ты не мог отдать что-то в честь моей победы. И ты тогда сказал, что в следующей игре примешь мои условия, так что я выбираю сейчас. Пусть будет реванш!
– Мм? Не помню такого. – И как бы Ирие ни пытался убедить Бьякурана, что это невозможно, ведь парень всегда помнил игры, Джессо с улыбкой все отрицал. – Так что давайте кольца и разойдемся.
Он игнорирует Шоичи и смотрит на Тсуну.
ВАЖНЫЙ ВЫБОР, примите взвешенное решение, данные ответы окажут прямое влияние на ваше будущее:
★Отдать кольца
★Отказаться
Кто составляет эти тупые выборы?
– Пфхаха, – девушка снова начала смеяться. – Мерлиновы панталоны, ты думаешь, что мы отдадим кольца? Ахахах, такой наивный.
Тсуна поднимается с колен, скрещивает руки в испачканных варежках на груди и дерзко задирает подбородок, не забывая про улыбку победителя.
– А как же честная игра, Тсунаеши-тян? – он все еще улыбается, но его глаза опасно сверкают.
– Кажется, этот вопрос должна задавать я.
Джессо невинно смотрит на нее.
– Не понимаешь, значит? Окей. Не буду говорить про подозрительность этого поля боя. Оно огромно и должно было строиться немало времени, взять хотя бы эти неразрушимые пламенем здания. Это неважно, возможно, карт полей было несколько, а не одна. Но ты хочешь сказать, что абсолютно случайно твоя гиро-рулетка выбрала целью Дэйзи, метку которого нельзя затушить из-за его бессмертного тела? – она пренебрежительно фыркает. Тут, конечно, возникает вопрос, все ли было подделано или только цель со стороны Мельфиоре. Например, от Вонголы было небо, хотел ли Бьякуран, чтобы Тсуна тоже приняла участие? Но это уже не так важно. – Не смеши меня.
– В этом суть Чойса, выпасть может что угодно. Все строится на вероятности, возможны даже такие исходы. Хаха, я просто слишком удачлив, – Бьякуран делает пару шагов вперед, но останавливается, видя Кею в полной боевой готовности. А тут и Такеши с Хаято прибыли, людей из Вонголы становится больше.
– В твоем профиле нет показателя удачи, так что не верю. Эта игра была фарсом, в котором у нас не было шанса на победу. Поэтому я отказываюсь отдавать мою прелесть. – Она снимает одну варежку и смотрит на свое кольцо, будто бы любуясь.
Джессо на мгновение теряет улыбку, но быстро возвращает ее на место. Он абсолютно не верит, что не получит своего.
– И что ты тогда предлагаешь?
Тсуна снова входит в гиперрежим, ее спокойные глаза контрастируют с дерзкой усмешкой. Пламя агрессивно вспыхивает на руках, а девушка выступает вперед. Янтарь встречается с фиалками.
– Предлагаю надрать твою зефирную задницу.
Достаточно удачная фраза для начала битвы за мир?
Комментарий к Глава 40. Битва начинается, Бьякуран нарывается. Поэт из Тсуны не получается.
* в дословном переводе “это был удар молнии”, но фраза также имеет устоявшееся значение “это была любовь с первого взгляда”