– Нет, конечно, связался из последних сил и все ради того, чтобы вернуться к вам, двум идиоткам, – М.М. плохо скрывает ревность.
Хром понимает, что сглупила. Конечно, для иллюзиониста несложно влезть в голову и так передать сообщение.
– Ну-ну, хватит. Не все так плохо. Жив и будет здоров. Вы правильно поступили, что обратились ко мне, как только вытащили его из Вендикаре. – Луссурия просит банду Кокуё выйти из комнаты, чтобы продолжить лечение. Он отдохнул, пока по прибытии пострадавшего питал пламенем солнца Рёхей. Теперь снова очередь варийца.
Но Хром и Тсуне он разрешает остаться. Да, Саваду попытались вытащить оттуда Хаято и Кея, но не настаивали. Просто предложили уйти и приняли отказ. Пусть они сами не питали к Рокудо теплых чувств, но понять эмоции девушки могли.
Тсуна послушала от Наги и Луссурии историю, произошедшую не так давно. Сразу после той битвы с мельфиоровцами Фран умудрился с помощью обмана и иллюзий вытащить Мукуро из тюрьмы. Удалось это благодаря одному из Погребальных Венков. Один из них тоже был в Вендикаре, вот Фран и притворился подчиненным Бьякурана, но вытащил другого. Умно и опасно. Но того стоило.
Все эти дни Рокудо пытались привести в порядок, поэтому Луссурия и не приехал со всеми, занят был, лечил иллюзиониста в одиночку.
– Это же почти кома длиною в десять лет. Мышцы должны были атрофироваться. Реабилитация может занять несколько месяцев или даже год, – с ужасом шепчет Тсуна, руки сами по себе вцепляются в волосы. Дурная привычка немного отрезвляла небольшой болью.
– Ну, в вашем времени да. У нас технологии слегка продвинулись вперед, – мужчина пытается успокоить ее и Хром, которая паниковала молча. – Правда, у вас тут нет необходимых аппаратов. Но мы уже все организовали.
– Да, Фуута, Бьянки и Дино выбрались наружу, чтобы пойти в больницы, – поясняет Наги. На базе были и лекарства, и аппаратура, но абсолютно все нельзя было предусмотреть.
Тсуна не стала интересоваться, украдут ли они нужное или купят. Вот такая вот она, живя в мафии, перенимает их привычки и меньше задается вопросами морали.
– Да-да, но главный наш козырь – это пламя. Ну и коробочки тоже. Таким темпом поставим мы вашего счастливчика на ноги за месяц. – Луссурия подмигивает ей.
– Счастливчик? Хах, – невесело усмехается Савада. – Он переплюнул в невезении даже меня, а ты так его называешь.
– Ну о чем ты. Он счастливчик, потому что его окружают такие прекрасные дамы.
«Сомнительное счастье», – читается в глазах обеих девушек.
Тсуна вдруг думает, что было бы куда лучше, если бы Хром и Мукуро любили друг друга, а не ее. У них такие отношения хорошие, тесная связь, а Тсуна им только несчастья приносит. Савада отгоняет эти мысли, если эти двое так близки, то необязательно в романтическом плане. Они ведь могли относиться друг к другу как члены семьи. Она ведь сама не любит, когда близкие отношения сводят к пресловутой романтике. Глупость полная.
Девушка смотрит на Рокудо. Она ведь не видела его во взрослой ипостаси. Тот умело скрыл от нее свою внешность в двух видениях-снах. Лицо возмужало, но не сильно изменилось, если не обращать внимания на ужасную худобу и изможденный вид. Волосы отросли до невероятной длины, неудивительно, десять лет без стрижек. Пусть она глядела на Мукуро с теплотой и тихой радостью, но внутри все сжималось от печали. Будущее указало на столько ее ошибок, что Тсуна не уверена в том, что сможет их исправить.
Нет! Сможет. Она обещала это себе всего час назад, там, на кухне с Белом. Чего бы это ни стоило, Савада Тсунаеши спасет Мукуро. Это клятва самой себе.
Янтарные глаза цепко всматриваются в лицо бессознательного парня. Хром, чувствуя такое родное пламя, слегка улыбается и, наконец-то, расслабляется. Все будет хорошо, пока босс рядом.
Просидев так еще какое-то время и убедившись в том, что Мукуро в порядке, Тсуна и Хром уходят, а точнее их выгоняют. Хотя Луссурии тоже надо бы отдохнуть, выглядел он выжатым как лимон. Но он обещал, что его сменит Рёхей, так что других отмазок, чтобы остаться, у Савады не осталось.
В комнате она несколько раз открывала Систему, боясь увидеть ненавистную надпись «мертв», Реборн уже странно поглядывал на дергающую руками ученицу.
Так, ей надо отвлечься и развеяться. И Тсуна даже знает, как.
***
– Коридор базы, в которой не было окон, был поглощен темнотой, такой непроглядной и пугающей. Прохладный ветер, вызванный кондиционером и сквозняком, гуляет по полу и пробирается в душу. Единственным источником света была мигающая лампа. Ее было недостаточно, чтобы разогнать мрачность помещения и тьму моего сердца.
– Тсуна-семпай, а вам обязательно говорить это вслух? – тихо прерывают Саваду.
– Тссс, – она продолжает свой монолог таинственным шепотом. – И в этой тьме было лишь две фигуры. Лишь два человека в столь поздний час бодрствовали. Но у них была цель, важная и опасная. Никто бы не осмелился взять это задание кроме них. Ведь это место было смертельно опасным.
Тсуна делает драматическую паузу, обдумывая дальнейшие слова.
– Эта база боится меня. Я видела ее истинное лицо. Улицы – продолжение сточных канав, а канавы наполнены кровью. И когда стоки будут окончательно забиты, вся эта мразь начнет тонуть. Когда скопившаяся грязь…
– Семпай, вас унесло куда-то не туда~
– Тц, твоя манера говорить портит весь нуарный антураж, – Тсуна обиженно смотрит на подельника.
– Простите, больше не буду, – вяло рапортует Фран.