Девушка печально усмехается, до этого она ругала свою будущую версию, что допустила подобное. Но… ведь теперь она приходит к тому же. Она не может игнорировать ребят, не может видеть что-то ужасное в их действиях, не может избегать и грубить. Они, ну или их молодые версии, стали слишком важны для сердца и души.
Савада садится и берет поднос, ох, шоколадка, а рядом записка с ужасно нарисованным смайликом, судя по рожкам на голове, это от Ламбо.
Возможно, она совершает ошибку, огромную такую, но решает не отталкивать ребят. Хах, к тому же их показатели не станут меньше, да и… эти чувства относятся к будущей Тсуне, не к ней нынешней. И это не Като, они ее близкие, поэтому не будут нападать и убивать. Еще множество оправданий крутится в голове. Но ничего страшного не случится. Так ведь?
Такеши медленно шел по базе, прокручивая недавний диалог. Очаровательное лицо Тсуны застыло перед ним. Да, не стоит торопиться с тренировками, они все равно не готовы ее отпустить.
***
Она сразу чувствует легкость в груди, притворяться Савада никогда не умела, действуя искренне. Поэтому новый день проходит лучше. Разумеется, она все еще настороже, и если вдруг ребята начнут вести себя странно, то примет меры.
Тсуна находит Лар и просит подождать и не идти одной сражаться.
– Я научусь управлять пламенем, подождите немного, пожалуйста, – этот решительный взгляд нравится Аркобалено, но отзывается Милч лишь кивком.
Савада постоянно ходит с кольцом, периодически пытаясь пробудить решимость. Завтракает в компании ребят, не прячась, не заставляя себя отдаляться. И время здесь больше не кажется пыткой.
Девушка обращается ко всем, спрашивая о том, как они пробуждают пламя, помогает это мало. У людей обычно разные способы поднятия духа, а слушать версию Ламбо про то, что он хочет защищать Тсуну, поэтому не может быть неуверенным в себе и своей силе, очень смущает.
Решив отдохнуть от тренировок и доставания всех расспросами, она выдвигает предложение по просмотру фильма. И если вначале задумывалось это как посиделки с Бовино, то позже присоединяются остальные.
– Ваа, понимаю, почему я полюбила этот фильм! – восхищенная Савада не замечает залипшие на ней взгляды. Парней осаживает кашель Ханы. – А если я, вернувшись назад, продам идею для сценария? Хм, не факт, что режиссер сможет повторить все так же…
Пока Тсуна задумчиво раскачивалась и решала, как захватить мир, зная будущее, парни нахмурились на слова о возвращении.
И-Пин подскакивает и вытаскивает Саваду за руки из комнаты, Курокава следует за ними. Вечер проходит в виде своеобразной девчачьей вечеринки. В конце девушки тяжело вздыхают, Тсуна совершенно не понимала намеки о том, что стоит быть осторожнее. А она просто была, наконец, в хорошем настроении, считая, что в такой атмосфере готова потерпеть до возвращения в свое время.
***
Тсуна сверлит взглядом кольцо и мычит, хотя ни одно из этих действий не помогало.
– Решимость… – этим вопросом она была занята последние два дня. По идее, решимостью могло быть что угодно. Что насчет решимости быть решительной? Или сильное желание поспать? Причина должна быть благородной? Савада скулит, она что, много просит? Она хочет помочь ребятам, спасти чертово будущее и увидеть своих друзей и семью.
Кольцо поблескивает, оранжевый язычок мерцает и… по базе проносится противный вой.
– А! – пламя так и не зажглось окончательно. – Ыыы, – раздосадовано выходит из ее рта. – Убью того, кто поставил этот будильник.
Девушка вываливает из комнаты и идет на звук, ага, комната управления.
Там уже собрались Хранители, Джаннини выключил сирену и сменил код опасности, бегущий по экрану, на камеры.
– Что случилось?
– Мы получили сигнал по секретному каналу Вонголы, запрос о помощи, – поясняет инженер.
– Вот, увеличь эту камеру, – указывает Хаято на одно из изображений.
– Хиберд? – удивляется Такеши.
– Разве птицы столько живут? – ой, какой-то неважный вопрос она задала.
– Сигнал слабеет, но местонахождение не меняется. Храм Намимори, – да, сейчас было бы неплохо помолиться.
– Это может быть западня, – хмуро отмечает Ямамото.
– И это Кея, он бы не стал просить о помощи, – Гокудера пожимает плечами.