– Пф, они бы никогда не позволили мне заниматься с тобой без присмотра. – Милч достает коробочку.
Савада неуверенно машет сияющим парням, слушая принцип работы. Ранее ей уже пояснили большинство нюансов, но что-то новое она узнает. Например, пламя Неба может открывать все коробочки, а внутри них помещались не только звери, но и оружие, предметы.
– Зажги пламя.
Тсуна тянется за контейнером с пилюлями, но ее руку перехватывают.
– Боже, я не прошу переходить в гиперрежим, – Лар неудовлетворительно понимает, что пока что Савада не может сама входить в боевой режим, но сейчас важно не это. – Мне нужно пламя в кольце, пробуди его и направь туда.
Легко сказать, а вот сделать, не понимая принцип, нет. В итоге, она просто пялится на палец. Внутри базы не нужны были цепи Мармона, которые не позволяли засечь кольца.
– Дело в решимости, – в который раз за эти полчаса повторяет Аркобалено.
Ни черта не выходит.
– Тсуна, решимостью может быть что угодно. Ты рассказывала, что обычно думаешь про желание спасти, – девушка хмурится, Такеши сказал о ее будущей версии так, будто говорил о нынешней Саваде.
– Все получится, Десятая.
– Давай, сестренка!
Только И-Пин молча наблюдала за всем, видя, как у босса потухает взгляд. Тсуна не чувствовала себя счастливой от поддержки, а вот жалкой – очень даже.
– Хм, необязательно было вести тебя сюда, зал нужен для сдерживания пламени, а у тебя глухо, – Савада прикусывает губу, не стоит обижаться на Лар, она говорит правду. – Жалкое зрелище. Я сама разберусь с Бьякураном, а вы можете и дальше лелеять босса. А ты… – девушка смотрит на Тсуну, но не продолжает фразу.
– Сучка, – сквозь зубы цедит Хаято в спину Милч. – Не слушай ее, это дело не пяти минут, мы сами не сразу привыкли к новому оружию.
– Давай посмотрим фильм? Что-то из нашего времени, увидишь кинематограф будущего, - ободряюще улыбается Ямамото, приобнимая Тсуну.
– Твой любимый! И пусть мы сто раз его смотрели вместе, не надоедает, честно! – Ламбо берет ее за руку и заглядывает в глаза.
Саваде становится тошно от самой себя. Они волнуются, пытаются помочь, заботятся, а она думает только о показателях любви и страхе внутри. Теперь еще и ее полная бесполезность, зачем только тут появилась… приносить боль и разочарование? Отличное призвание, пока хорошо справляешься, Тсуна.
***
И снова она валяется на кровати, опять отказавшись затусить с парнями. Прекрасно, она переместилась во времени, чтобы поменять место, где лежать. Тсуна вытягивает руку и смотрит на кольцо, закрытые глаза не помогали, но так почему-то было легче пытаться. Девушка приоткрывает один глаз и разочарованно вздыхает. Ничего, опять. Решимость… хм, решимость. Пока что она решительно настроена только расплакаться… или поесть, не более.
В дверь стучат.
– Открыто, – стонет она в подушку и не смотрит, кто входит.
– Тсуна-сан? – ох, это И-Пин.
Савада поворачивается и вглядывается в девушку, хлопает по кровати, приглашая присесть.
– Простите, если побеспокоила, вам бы отдохнуть и обдумать все. – Тсуна хмыкает, чем больше она думает, тем хуже становится.
– Не, все нормально. Не стоит ко мне так уважительно обращаться, будущая я, возможно, заслуживала это, а сейчас незачем.
– Но я уважаю вас с самого детства, значит, конкретно вас тоже, – мягко замечает гостья.
– Ааа, голова пухнет от постоянных уточнений моих версий, будто их не две, а двадцать. – Она переворачивается на спину и разваливается в форме звезды. Китаянка тихонько смеется, с теплотой смотря на босса.
– Я пришла, чтобы сказать, что нет ничего плохого в том, что у вас не получается, – Тсуна отмахивается от этих слов, ее уже все пытались приободрить, ничего нового она не услышит. – Ведь вам страшно, – продолжает И-Пин, заставляя босса вздрогнуть. – Это время, война, ребята.
– Хах? Ты чего? Я не боюсь друзей… – лгать выходит так себе.
– В этом нет ничего плохого, ведь мы – не те, кого вы знаете. Новые люди, не доверять нам – нормально. К тому же мы не до конца откровенны с вами, боимся испугать и расстроить. А для вас все выглядит как сокрытие правды, это заслуживает сомнений.