Тсуна быстро добралась до дома, по пути тщетно пытаясь дозвониться до Кёи. Вообще-то, уроки не закончились, она ушла во время обеденного перерыва. Но возвращаться туда смысла нет, она не способна думать о чем-то другом, кроме нападений.
– Хии!? Нет, и до тебя добрались, моя прелесть? – девушка бросается к Леону, как только замечает, как у ящерки отваливается хвост. – Я им этого не прощу.
– Успокойся, глупая Тсуна. Леон сбрасывает хвост, когда приходит время. – Реборн отбирает животное, умалчивая, о чем говорит такое поведение его компаньона.
– Разве хамелеоны так делают? – ее игнорируют. – Что теперь? Это надо как-то остановить, хотя Кёя же туда отправился. – Да, Хибари не зря считается Демоном Намимори, он разберется… наверное. У Савады плохое предчувствие.
Она начинает ходить по комнате, то хватаясь за телефон, то собираясь выходить в поисках решения проблемы.
– Успокойся, надо поговорить, – репетитор кивает наверх, намекая подняться в комнату, все же Нана здесь.
– Причина этих драк – ты.
Тсуна устало садится на кровать.
– И почему я не удивлена? – но не время восклицать, что ее предчувствие сбылось. Реборн поясняет принцип нападений. Каждый пострадавший терял зубы, первый лишился двадцати четырех, а дальше по убывающей. Рёхей – пять, Тетсуя – четыре. Кто-то взял ранги сильнейших людей в Средней и Старшей Намимори и шел по списку, двигаясь к первому номеру.
– Это и есть причина пропажи Фууты! Им пришлось бы либо украсть книгу рангов, либо похитить мальчика, – Савада была в гневе на этих людей, но в то же время, наконец-то, появилась зацепка по Фууте. – Но как это связано со мной и мафией? Меня и в списке нет.
– У меня есть основания полагать, что они ищут претендента на пост босса Вонголы, рассчитывая увидеть наследницу в списке сильнейших.
– Как глупо, – произносят они в унисон.
– Мне надо связаться с Вонголой, чтобы кое-что выяснить, а ты пока помоги Гокудере. – Реборн сажает Леона на шляпу и направляется к выходу.
– Что? Причем тут Хаято?
– Посмотри третий номер в списке. – Вот черт!
***
– Да, Реборн, я понимаю, следовало сообщить о побеге раньше. Но никто не думал, что он отправится в Японию за Тсуной, – старик стоял у окна и слушал собеседника на той стороне трубки. – Верно, я выслал все необходимое. Присмотри за ней, – длинная пауза. – Нет, ты знаешь, я не могу снять запрет на твое вмешательство. Я возьму на себя все риски.
Тимотео разворачивается, кладет телефон на стол и садится, позволяя себе устало сгорбиться. Дон всегда должен излучать ауру силы, но сейчас, когда он почти один, можно позволить слабину.
Человек напротив прожигает босса взглядом.
– Не стоит переживать, Емицу, мы не допустим, чтобы…
– Тсуне и четырнадцати нет, а она уже сталкивается с таким ублюдком, – мужчина сжимает кулаки, пытаясь бороться с гневом, все же перед ним Дон, а не подчиненный. – Да, доклады Аркобалено говорят, что она стала сильнее и привыкает к пламени. Но этого мало для встречи с… ним.
– Я не позволю девочке пострадать, – Тимотео переводит взгляд на стол, где помимо фотографий сыновей и хранителей, есть и Тсуна, которая корчила забавную рожицу, увидев папарацци. Нана иногда присылала мужу фото семьи, и Емицу не мог отказать боссу в просьбе поделиться, свою жену и дочь он показывал только самым надежным членам Вонголы, чтобы не было утечки информации. Дон прошелся по улыбчивому лицу и сияющим глазам, Тсунаеши выросла очаровательной девушкой. Может, глупо с его стороны, но он воспринимал ее как внучку, видел, какой она была в детстве, видел ее рост, как по фотографиям, так и по отчётам Реборна. И что уж скрывать, но мысли о девочке снимали боль от потери или предательства его детей.
– Вы запретили сильнейшему киллеру вмешиваться, кто тогда прикроет Тсуну? – Савада уже прикидывал, как скоро может прибыть в Японию. – Я полечу.
– Ты же понимаешь, что сейчас нельзя. Конфликт с Луккезе в самом разгаре, ты нужен здесь, – тут завуалировано поставлен вопрос, какая семья ему важнее. Ноно понимает всю тяжесть выбора, поэтому не ждёт ответа. – Я обеспечу безопасность Тсуны, свяжусь с Вендиче.
– Они уже давно не слушают просьбы семей. А Вонголу и подавно, – стражи не хотели, чтобы их принимали за шавок Королевской семьи, поэтому сильно ограничили взаимодействие с Вонголой. Рассчитывать на помощь не стоило, даже если ребята из тюрьмы заинтересованы в поиске преступника, они могут и повременить, чтобы лишний раз показать свою власть и независимость.
– Значит, придется припомнить им один должок моей матери, – Тимотео хотел использовать это иначе, если или когда наступят тяжёлые времена. – Можешь быть свободен, Емицу. А я займусь Вендиче.
***
Телефон Гокудера не брал, но еще глупее было предполагать, что Хаято отыщется в школе. Парень грешил прогулами, а особенно в тех случаях, если Тсуна тоже сваливала с уроков.
– Такеши! – она врывается в мальчишескую раздевалку, когда узнает, что Ямамото отпросился с последнего урока на тренировку.