– Ох, еще одно слово про то, что ты ничего не умеешь, и я вызываю полицию. За то, что вы, молодой человек, ущемляете права моего друга – Ирие Шоичи, – парень не может сдержать выступающие красные пятна на щеках.
– Спасибо, а как… – он хотел спросить про продвижение поисков, но Тсуна всегда расстраивалась, слыша что-то по этой теме. – Прошел день? – банально, но подходит. Савада рассказывает, как за ней бегали всем известные члены ДК, пытаясь прикрыть ее оголенное тело от взоров парней из бейсбольного клуба. Странный у нее юмор, но все не без греха.
Шоичи с улыбкой кладет трубку и с удивлением думает, как быстро меняется жизнь. Меньше двух недель, а у него новый друг, больше уверенности в себе. Взгляд падает на стоящую на шкафу коробку.
– Не бояться, да? – он встает и движется к ней. Ничего же ужасного не случится?
Если бы в городе не начались странные нападения и у Тсуны не возникла бы куча проблем, связанных с делами мафии, то девушка бы смогла понять, что Шоичи не отвечает на звонки, погруженный в изменение своего будущего.
***
Не сказать, что Тсуну не волновали нападения на ребят из комитета, она, вероятно, единственный человек, который их не боится и находится с парнями в хороших отношениях. По именам всех не знала, конечно, но ценила их помощь и любила поболтать с ними. Так что новость про избиение комитетовцев не была принята положительно. Но ведь они давно напрашивались на подобное, захватили город, наезжая на хулиганов и разные банды. Месть была делом времени. Но кое-что здесь было странным.
– Не нравится мне это, – Тсуна задумчиво изучает список пострадавших и наматывает прядь волос на карандаш. – Не вижу ничего общего, кроме их членства в ДК.
– А я говорил тебе, зверек, что это наше дело. – Кёя отвлекается от документов и смотрит на девушку. Может, стоит прописать в правилах школы, что настолько растрепанные волосы нарушают дисциплину? Вроде и не ходит с распущенными, что как раз запрещено, но выглядит как порождение хаоса.
– Но интуиция говорит мне, что…
– Нашла чему доверять, – Хибари смотрит, как девушка потягивается, разминая затекшее тело.
– Если учитывать все обстоятельства моей жизни, то я бы сказала, что к этому причастна мафия. – Савада встает и движется к другу, облокачиваясь о его стол.
– Много о себе мнишь, – хмыкает парень, а Тсуна невесело смеется. Может быть, он прав, но все-таки интуиция ее не такая, как у нормальных людей.
Девушка дергается, когда слышит гимн школы. Как можно настолько любить такую унылую песню? Кёя берет трубку и слушает, бросая вызов, так не сказав ни слова.
– Это телефон, на той стороне никто не увидит твоего кивка, обычно люди отвечают что-то для…
– На нескольких человек в течение первой половины сегодняшнего дня напали. В том числе и на Сасагаву Рёхея, – ладонь девушки соскальзывает со стола, и Савада, потеряв опору, начинает заваливаться вниз. От падения спасает ожидавший подобное Хибари. – Тц, так можно и убиться на ровном месте.
Тсуна выскальзывает из рук и подбегает к сумке, хватает и идет к выходу.
– Адрес больницы не надо? – скептический и насмешливый взгляд Кёи раздражал, не та ситуация для такого поведения.
– Будь так добр, – парень решает не ерничать, зверек и так слишком нервная после пропажи мальчишки.
Она быстро добирается до нужного места. В коридоре приличное количество учеников Средней Намимори, понятно, значит, теперь не только членов комитета атакуют.
– Тсуна-чан? Как ты узнала? – немного странное произношение слов, наверное, из-за кислородной маски. Вообще, Рёхей на больничной койке – это странное зрелище, отчего девушка только сильнее расстроилась.
– Ты как? Все в порядке? Цел? Кто это был? И как…
– Помедленнее, я просто не запомню все вопросы, – добродушно смеется Сасагава, преуменьшая свои умственные способности.
– Как раны? – раздается со стороны двери. Тсуна не удивлена видеть Реборна, а еще подозрения в причастности ко всему мафии только увеличились.
– Все экстремально нормально, сломано всего шесть костей, – Савада оседает на край кровати с открытым ртом. – Еще семь треснуло, но это вообще не страшно, и хаха, мне выбили пять зубов! – тут-то он и снимает маску и улыбается. Вот почему парень так странно произносил некоторые звуки, разумеется, отсутствие некоторых зубов сказалось на разговоре.
– И это нормально? – она еле сдерживается, чтобы не схватиться за сердце или волосы, приговаривая, какой кошмар здесь творится.
– Так я на боксе больше переломал всякого, – Сасагава меняет лежачее положение на сидячее. – Кстати, о боксе. Хочу в клуб того парня, выглядит вроде и слабым, но удары просто космос! – стоп, но ведь никто из пострадавших не видели лиц бандитов. По крайней мере, так сказал Кёя.
– Опиши его, пожалуйста.