Она сдерживает смех, когда замечает покрасневшие от смущения уши парня. Не смеяться становится еще труднее, когда Такеши раздвигает пальцы и смотрит на нее очаровательно-ошеломленно. Увидь мафиози наследника Второго Императора мечей в таком состоянии, не поверили бы.
– Не шутишь?
– Не шучу, – она вытягивает руку и оттопыривает мизинец. – Могу покляться, что я полностью серьезна.
В вечернем саду, рядом с кустом гардений Ямамото с чрезмерной сосредоточенностью и ответственностью скрепляет их клятву. Посмотрев на переплетенные мизинцы и переглянувшись, они оба рассмеялись с легкостью и обволакивающей нежностью на сердце.
***
Тсуна с любопытством выглядывает из-за руки Такеши, разделывающего рыбу.
– Я могу помочь, – предлагает она.
Так приятно было вернуться в Намимори, все-таки с ее девятнадцатого дня рождения, когда она официально стала донной Вонголы, вырваться в Японию не получалось. А это целых полтора года. За это время невозможно не соскучиться по родному дому, по улочкам, школе, магазинчикам и ТакеСуши, где они сейчас и находились, готовя праздничный ужин на оборудованной кухне.
– Ну уж нет. Это закончится катастрофой, – отвечает Ямамото.
– Может я и не шеф-повар, но готовлю нормально! Твое недоверие обижает меня.
– Так я не про готовку, а про нарезку. Ты же палец себе откромсаешь или порежешься так, что зальешь тут все кровью. С твоей-то неуклюжестью.
– Хэй! У меня теперь неплохой показатель удачи!
– Причем тут удача? Неуклюжесть никуда не делась.
Савада негодующе раскрыла рот, собираясь начать спор, но почти сразу же передумала. С того момента, как она выполнила квест и повысила свою удачу, количество странных спотыканий на пустом месте не уменьшилось.
– Хм, возможно, все это время дело было в том, что я действительно неуклюжая?
– Да ладно?! Только «возможно»? – удивляется парень.
Тсуна игриво толкает его бедром.
Такеши откладывает нож, моет руки и вытирает о полотенце. Девушка смотрит с интересом, не понимая, зачем он это делает, ведь подготовка к ужину только началась.
– Хиии! – едва слышно протягивает она, когда Такеши кладет руки на ее талию и, приподнимая, сажает на соседнюю, чистую столешницу.
Тсуна слегка раздвигает колени, чтобы парню было удобнее стоять, и, хитро-хитро улыбаясь, протягивает:
– И что это мы делаем? Отвлекаемся? Тут еще рыба не разделана.
– Ничего не знаю, у меня тут другая рыбка есть, – щурясь не менее хитро и поглаживая талию девушки сквозь футболку, говорит он.
– Эй! – Савада возмущенно вскидывает брови. – Про рыб могу шутить только я! Ну и Скуало еще, но больше никт…
Договорить не удается из-за касания к губам. Обвивая шею Такеши, запуская руку в короткие колючие волосы, Тсуна охотно отвечает на трепетный и обжигающий поцелуй, который затягивается на пару минут.
– Так, я тут принес… – Тсуеши-сан не заканчивает предложение, замирая в дверях. Его голос заставляет парочку отпрянуть друг от друга. – Ох, дети, я не против вот этого всего, я даже рад видеть, как вы молоды и счастливы. Но не на кухне же! Тут продукты!
Ребята смущенно лепечут извинения, но замолкают, когда вслед за хозяином дома в комнату заходит Емицу. Ах, да, не стоило забывать, что у них тут ужин двух семей.
– Я только недавно принял эти отношения, и так ты показываешь свою благодарность? – громко сердится Емицу, указывая на Такеши.
– Ой, – пищит Тсуна.
Парень, продолжая счастливо улыбаться и довольно жмуриться, снимает ее со столешницы и намеренно оставляет ладони на талии, что не укрывается от взгляда сурового отца девушки. Емицу сжимает кулаки, словно собираясь начать драку, но все понимают, что мужчина лишь придерживается своей роли и что глупости он творить не будет, полностью доверяя выбору дочери.