— Я поняла, — перебила я. Ну, хоть объяснил не обидно. — Ты хочешь сказать, что я не знаю свои сильные и слабые стороны. А откуда я могу их узнать?
— Да пожалуйста, — пожал плечами Егор. Смешной, конечно. И чего я ящериц не заводила? — Тебе подчиняется магия…
Тут он запыхтел, видно, вспомнил, как я его мыла. Но ладно, дулся — в прямом смысле слова — недолго.
— Но магия та, которая… как сказать? Бытовая? Руки помыть, воду слить. Кто-то запирает вход, а ты ничего с этим сделать не можешь. Пещера, Таня. Она тебя слушается. Даже книги в библиотеке работают таким же образом. Так что это я бы твоей сильной стороной не назвал, скорее, это и есть твоя слабость.
А он прав! Нет, все же сначала у этого козла были мозги, а потом уже все остальное. Интересно, а вот бабы его за что ценили? Вряд ли за ум. Итак, Егор прав, и то, что я до сих пор считала достоинством, на самом деле мой недостаток. Меня как дурочку ведут, а я и рада. Тут засияло, там заблестело. Ой, магия, ха-ха-ха! А она ведь и не моя.
— На кредитную карту похоже, — сказала я.
— Точно, — довольно отозвался Егор. — Теперь давай про сильные стороны…
Тут он как-то странно замолк. Надолго причем.
— Ты чего?
— Не мешай мне. Я думаю.
Я хотела уже оскорбиться, но заулыбалась. Какая же прелесть он все-таки. Особенно когда вот так застывает. Ну милота же! Так и тянет…
— Руки, Таня. Ты сбиваешь.
— Вот ты прямо обдумался весь сейчас, — проворчала я. — Что, ничего не нашел?
— Если честно, то нет, — вздохнул Егор. — Но так не бывает. У любого человека есть сильная сторона.
— Внешность? — хмыкнула я. Ну да, конечно. Оно красиво, кто спорит, только я что, мало видела страхолюдин, которые правят миром? Причем особенно красотой и не озабочены! Женщины! И ничего… Значит, не в размере груди счастье.
— Внешность, — пробормотал Егор и встрепенулся. — Таня, что там говорила эта песня?
— Семеро вручили одному сердца,
Семеро погибли, чтобы жила одна,
Пятеро дракониц и трое человек,
Кто спасется от судьбы, не угадать вовек...
Я послушно повторила немудреный текст. И что он в нем нашел, какая связь с моей внешностью?
— «Семеро вручили одному сердца». Давай предположим, что это семь жен дракона. Ты ведь седьмая, так?
Я кивнула. Ну это он уже Капитан Очевидность.
— «Семеро погибли, чтобы жила одна». Если совсем буквально, то по идее, семеро должны умереть, а потом проклятье кончится и восьмая жена будет жить. Но тебе тот призрак сказал — ты последняя.
— И еще — что я должна выжить. — Никак я не могла уловить ход его мыслей, но не лезла. Пускай. — Там еще «пятеро дракониц и трое человек». А стихи призрак писать не умеет, — съязвила я. — Потому что «три человека».
— Да это неважно. Это восемь, Таня. И те семеро, плюс одна, это тоже восемь. Понимаешь, нет? — Нет, я не понимала, а вот Егор уже точно напал на верный след. — Восемь, всего восемь, а не семь. Таня, ты же не совсем Таниала.
Ну как это не совсем? Харнан опознал, муж опознал, пещера и та опознала. Так с чего бы мне ей не быть? Параметры-то совпадают! Хотя странно, что я тогда ничего не помню из жизни Таниалы, если разум тоже драконицы?.. Или это уже мой разум, но тогда где Таниала?
Что?..
— Ты же Таня! Человек. Головой уж точно, — напирал Егор. — Как и я: с виду ящерица, но внутри-то красавец-мужчина в расцвете сил!
— Погоди, — я чуть не схватила Егора, как схватила бы, будь он нормальным здоровым мужиком привычного мне размера. — Ты хочешь сказать, что настоящая Таниала тоже уже умерла?