Тварь из бездны времен: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Странные книги Ф. Б. Лонга

В истории фантастической литературы много несправедливостей — забытые авторы, недооцененные книги, нелепые оценки критиков… Но особенно обидны не те случаи, когда писатель оказывается напрочь вычеркнут из литературы (в конце концов, «открытия» и «переоткрытия» случаются довольно часто). Гораздо печальнее другое — репутация основывается на нескольких текстах, подчас не характерных для писателя, и изменить традиционные представления почти невозможно.

Именно это и случилось с Ф. Б. Лонгом. Писатель прожил девяносто лет, оставил огромное наследие, но вспоминают его в основном в связи с Г. Ф. Лавкрафтом и «мифами Ктулху». Первый сборник Лонга — «Псы Тиндалоса» (1946) — считается лучшей его работой; к этому сборнику и обращаются все заинтересованные читатели, а единственное переиздание Лонга за последние годы — огромный том издательства «Centipede Press», который стоит столь же огромных денег и вдобавок не дает представления о реальном Лонге.

Многие романы и рассказы, входящие в наше издание, переиздаются впервые за полвека; очень многие тексты никогда не входили в сборники или появлялись только в «пейпербэках», давным–давно пришедших в негодность. Мы попытались собрать лучшие тексты одного из самых странных и загадочных фантастов XX века: он всегда был на виду, охотно выступал с воспоминаниями и рассказами о своем творчестве — и при этом оставался недоступным и «закрытым».

Фрэнк Белнап Лонг вошел в литературу как протеже Лавкрафта… Впрочем, это не совсем правда. Первые опыты Лонга — поэтические — намного превосходили аналогичные сочинения «учителя». Его сборники, подобно книгам стихов К. Э. Смита, рецензировались в серьезных журналах и удостаивались похвал. Но сверхъестественная поэзия, к которой Лонг обращался и в дальнейшем, постепенно отошла на второй план — аналогичные сюжеты более убедительно раскрылись в прозе. Здесь ГФЛ оказал на Лонга существенное влияние. Не следует думать, что все ограничивалось «мифом Ктулху». Да, старший товарищ дал младшему разрешение на сочинение новых «мифов», но Лонг почти не пользовался этой привилегией. «Мозгоеды» оказались не вполне удачной пробой пера, элементы мифологии были вплетены в сюжет совершенно иного свойства. «Ужас с холмов», напечатанный на русском в антологии «Тварь среди водорослей», стал попыткой рационализировать миф; Лонг включил в историю о Чогнаре Фогне огромное количество элементов НФ, мистики, приключенческой и исторической литературы. Несомненно, короткий роман оказался образцом развлекательной «журнальной литературы», но он имел огромное значение, поскольку стал первой попыткой осмысления мифологии ГФЛ. И уже серьезным дополнением к этой мифологии были «Псы Тиндалоса»; недаром неутомимый Роберт Ф. Прайс издал даже объемную антологию, в которой собрал все истории с упоминанием Тиндалоса — начало подциклу положил именно блестящий рассказ Лонга. В настоящем сборнике впервые на русском печатается последний рассказ Лонга, имеющий отношение к «мифам» — изящный лавкрафтовский пастиш «Темное пробуждение», созданный для одной из антологий «Аркхэм–хауз».

Лонг долгое время получал материальную поддержку от родителей; поэтому в его раннем творчестве присутствует некий элемент дилетантизма — не думая о деньгах

и рыночных стратегиях, автор мог сочинять, руководствуясь лишь своими

пожеланиями. Многие рассказы, казалось, написаны очень небрежно, в других обнаруживались причудливые сочетания тем и идей. Но вот

что занятно — Лонг печатался почти во всех дешевых журналах 1930–1940‑х годов, раскрывая разные грани своего таланта., но его рассказы были посвящены практически одним и тем же темам.

Вот, к примеру, «Конусы» история о столкновении с чуждым типом жизни на далеком Меркурии. Несомненно, фантаста могли бы заинтересовать необычные условия существования и эволюции «живых» существ. Да и психологические коллизии, неизбежные при столкновении с чем–то настолько необычным, непременно описал бы автор НФ; для дешевого журнала могли представлять интерес и нагромождения приключений… А что мы видим в рассказе Лонга? Череду ужасных происшествий и кошмарных трансформаций, сомнения людей в собственной исключительности и уничтожение сложившейся картины мира… Вселенная в книгах Лонга — это не просто скопление внешних угроз; зловещие силы уже окружили людей, ничего не заметивших и не понявших. Опасность рядом — и никто не в силах предугадать, где будет нанесен следующий удар. Не нужно живописать холодные просторы космоса и невероятных злобных существ; достаточно рассказать о том, как беспомощен человек и как близок враг…

Именно эти параноидальные ощущения и делают фантастические тексты Лонга (даже самые нелепые по сегодняшним стандартам) весьма убедительными.

Но успех писателю принесли не мифы Ктулху и не мифы Космоса — наибольшей популярности Лонг добился в журнале Unknown, где печатались его рассказы и короткие повести о сверхъестественных созданиях, в которых, как ни парадоксально, слишком много человеческого… И опасность тоже подкрадывается к ним, ко гда они ее не ждут… Блестящий рассказ «It will come to you» (1942) — один из самых наглядных примеров такого рода сочинений; кстати, и в сборник 1946 года вошло

очень много рассказов из «Unknown» — даже больше, чем из журнала «Weird Tales».

К сожалению, Unknown прекратил существование в начале 1940‑х, в «Weird Tales» стали меньше платить, а для Лонга финансовые вопросы становились все более актуальными — и он перешел в научно–фантастические журналы, отдавая предпочтение тем, где печатали «пограничные» тексты. Тогда и начался поворот к крупной форме — Лонг напечатал серию рассказов о сыщике–космобиологе Джоне Карстейрсе; потом эти рассказы были выпущены как роман «Джон Карстейрс, космический детектив». Данный цикл напоминает рассказы Малькольма Джеймесона, недавно изданные на русском, и представляется наиболее традиционным произведением Лонга.

В начале 1950‑х годов Лонг открыл для себя новый рынок — журнал «Фантастическая Вселенная». По сути, он стал редактором этого издания — помимо статей и рассказов, в журнале он отвечал за тексты, отражавшие общее направление. Все обложки журнала сопровождались пояснительными статьями Лонга; здесь он не только делился мыслями о будущем, но и рассуждал об угрозах и опасностях, подстерегающих человечество. Подобные «наукообразные» тексты прекрасно сочетались с новыми рассказами писателя — многие из вещей этого периода позднее вошли в сборник «Грань неведомого». Могло показаться странным, что коллекцию НФ-рассказов выпустило издательство «Аркхэм–хауз». Но фантастика Лонга была не так уж проста и не сильно отличалась от «ужасов». Читатели нашего собрания смогут в этом убедиться — практически все рассказы Лонга, написанные в 1950‑х, мы планируем напечатать.

Потом пришел успех — в английский язык вошло слово sputnik, а Лонг написал роман «Космическая станция № 1». История о шпионах на орбите, о неминуемой угрозе, связанной с освоением космического

пространства, отразила страхи многих читателей. Стотысячный тираж разлетелся почти мгновенно, роман неоднократно допечатывали, а Лонг создал еще несколько текстов о «ближнем космосе». Увы, эти романы устарели очень быстро — как и «героические» обложки Эмшвиллера, идеально с ними сочетающиеся. «Гости с Марса», «Три шага в космос», «Миссия к далекой звезде»… Романтики космоса в этих романах немного, а паранойя, связанная с гонкой вооружений, куда лучше выражена в книгах иных авторов… Любители традиционной НФ могут огорчиться, но увы — Лонг интересен иными книгами.

Вскоре истории о ближнем космосе стали продаваться хуже, да и сам писатель утратил к ним интерес. С начала 1960‑х появляются совсем другие романы — и в них с новой силой проявился необычный талант уже пожилого автора. Лонг немало писал о Земле ближайшего будущего, об интригах и заговорах, определяющих состояние нестабильного общества. Очень многие романы были посвящены незаметному вторжению — инопланетяне уже среди нас, в соседнем доме, на соседней улице, в соседнем городе… И «ужас известного» оказывается сильнее ужаса космических бездн и древних богов. Стоит только прислушаться к разговорам соседей, заглянуть в окна милых особняков, приоткрыть дверь в подвал… Конечно, настроения, выраженные в новых книгах Лонга, вновь идеально совпали с эпохой «холодной войны», но для писателя они оставались выражениями фундаментального убеждения: нити заговора против человечества сплетены; и нет ничего ужаснее неведения — и тщетных попыток спасения…

В лучших романах на эту тему («Три лика времени» и особенно «Это странное завтра») Лонг как будто развивает идеи Ф. К. Дика; о сходстве двух авторов, уверен, еще будет повод поговорить. Как и у Дика, сюжет в книгах Лонга не является самоцелью. Зачастую действие прерывается многостраничными рассуждениями природе реальности или — куда чаще — о книгах и философах. Блестящие страницы, посвященные сочинениям Готорна и Лавкрафта, подчас отвлекают читателей от основной интриги. Но только мир вымыслов способен защитить от внешних угроз, только в фантазиях литераторов скрыта надежда…

В романе — Тварь из бездны времен, сходятся многие темы, популярные и до сих пор: древняя тварь, искажающая пространство и время; пещерные люди в мире вечного холода; героический «попаданец»… Но книга о другом — Лонг пытается дать свою интерпретацию развития человеческой цивилизации; антропологические рассуждения важны не только для того, чтобы показать разницу между первобытным человеком и современным гомо сапиенс, а и для того, чтобы философски обосновать принципы человеческого поведения. Глобальная цель для такого короткого романа? Несомненно. Достигнута ли цель? Вряд ли. Но странный мир, сотканный из опасностей и угроз, оказывается убедительным — и в этом мире происходит действие большинства романов Лонга.

В некоторых книгах писатель достигает куда большего — именно таковы почти забытые романы «Ночь волка» и «Мир выживших., в которых рациональному переосмыслению подвергаются традиционные темы НФ; как ни странно, результатом становится совсем не научное повествование, а пугающая история, проникнутая мистикой. И история оборотня, и история апокалипсиса в равной мере пугают — и наводят на размышления. Что скрывается за фасадом размеренного существования? И в какой момент опасность станет реальной и вторгнется в нашу жизнь?

Об этом же и блестящие рассказы Лонга, посвященные психологии, они чаще всего печатались в НФ-журналах (гуманитарная, но все же наука!), при этом

адепты традиционной жанровой литературы в лучшем случае недоумевали. Когда рассказы такого рода были собраны под одной обложкой (сборник «Ночной страх», 1979) редактор Рой Торгесон довольно подробно остановился на особенностях авторской манеры — но объяснить ничего не смог. Рассказ «Шалтай–Болтай свалился во сне…» — не история ребенка–вундеркинда, не страшилка о столкновении с иллюзорной реальностью, не описание концептуального прорыва. Лонг, видимо, понимал, что классифицировать странные истории невозможно, да и рынка сбыта для них, по существу, нет — «серьезные» журналы вряд ли рискнули бы печатать такую прозу, а для «дешевых» она была слишком хороша.

Примерно с той же проблемой несколькими десятилетиями раньше столкнулся Лавкрафт — он просто стал писать меньше и тщательнее; Лонг выбрал иной путь. Рассказы его все чаще публиковались в фэнзинах, а романы теперь писались в расчете на иную аудиторию. Пытаясь остаться в рамках хоррора, писатель освоил «дамскую готику». Книги, которые были изданы под именем жены, Лиды Белнап Лонг, неоднородны. Среди них есть типичные женские истории (такие, как «Тигель страха»), а есть мрачные книги, полные пугающих описаний сатанинских обрядов и странных интриг. К сожалению, и этот жанр довольно быстро вышел из моды — последние «дамские» романы вышли небольшими тиражами, «Наследие Лемойнов», выпущенное в Канаде, вообще практически невозможно достать…

Последней значительной работой Лонга стала блестящая книга о Лавкрафте «Мечтатель на темной стороне» (1975). По сути, эту характеристику можно отнести и к автору–мемуаристу: он стал почетным гостем на знаменитом конвенте 1975 года, где и был представлен томик воспоминаний. Именно там завершилась канонизация «лавкрафтовского круга» — и его частью стал Ф. Б. Лонг, в последние два десятка лет своей жизни лишь изредка сочинявший рассказы.

Теперь мы пытаемся восстановить справедливость — в собрание сочинений войдут и романы, и рассказы, большей частью забытые и неизвестные, раскрывающие «темную сторону» «странной литературы». Жанровые градации в данном случае неуместны — и может показаться что под одной обложкой собраны произведения разных жанров. Эго, пожалуй, «литература беспокойного присутствия» (Евг. Головин), но прежде всего — литература. Собрание сочинений Ф. Б. Лонга выходит впервые в мире, впервые переиздаются многие практически недоступные произведения, а еще… Впрочем, сюрпризы пока отложим — Вы держите в руках лишь первый выпуск первой серии собрания.

Приятного чтения, как всегда!

А. Сорочан

ТВАРЬ ИЗ БЕЗДНЫ ВРЕМЕН