Заства: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Над старухами, у которых не было повода просить у богородицы милости и прощения, они просто-напросто издевались.

— Ты, Флорика, была девушкой смирной, благонравной. Нечего тебе и прощать!

У каждой богомольной старушки был свой излюбленный святой или святая. К господу богу непосредственно они обращались реже; не осмеливались, зная, что он менее милостив. Большим уважением пользовались святые великомученики и особенно святые великомученицы Филофтея и Парасковья… Мученики были когда-то тоже людьми. И это рождало в сердцах старух убеждение, что они более понятливы, так как сами жили на земле и знали, как нелегко приходится человеку. Одна из них верила в святую великомученицу Парасковью, потому что как-то раз обратилась к ней с просьбой помочь ее мужу найти работу, а теперь твердо верила, что святая помогла ей на самом деле. С тех пор каждый раз в горе и беде она взывала к святой Парасковьи.

Верующие подавали акафисты со строго определенными просьбами. Коана Сафтика, например, молила богородицу помочь ее сыну выдержать экзамен и увеличить достаток в доме. Добрица обращалась к ней же с мольбой о мире, и чтобы Марин вернулся домой с фронта жив и невредим. Коана Роза молилась святой мученице Филофтее, чтобы та образумила дочь ее Тудору, научив ее со смирением и любовью вернуться домой, к родителям, а затем помогла ей найти себе законного мужа. Коана Войкица вместе со всеми присными ее — Тудором, Штефаном, Григоре, Думитру, Элеонорой — молила господа бога Иисуса Христа об отпущении грехов, а также за упокой души и вечную память усопшим. И еще молила она святую деву Марию и пречистую богородицу увеличить квартирную плату, благосостояние, достаток в доме и всеобщее здравие.

Отец Думитру читал акафисты густым и ровным голосом:

— Николае, Петру, Ион, Мария, Виктория, Роза и все иже с ними…

Окутанные фимиамом чувства, огорчения и грехи всей окраины возносились к небу. Женщины любили слушать акафисты, из них они узнавали, что происходит в чужих домах.

— Что ж это такое творится с Тудорой, с этой шлюхой? Верно, снова спуталась с сыном Сердженту? — пытались разгадать женщины подлинный смысл молитвы, возносимой святой великомученице Филофтее.

Из горячих молений ко всепрощающему господу они узнавали не только все новости окраины, но даже и замыслы своих соперниц.

— Стерва эта Сэфтика, все ей мало. Теперь задумала еще один дом себе построить…

По окончании священнослужения Фэника шел ставить штемпель на тетрадочку, в которой прописывались и отметки. По понедельникам был урок закона божьего и проводилась проверка христианских чувств. Отец Дионисие к своему делу относился довольно несерьезно. Меру эту, принятую школьными властями, он считал дурацкой и издевался над ней, выполняя свои обязанности с добродушным безразличием и усмешкой в уголках губ.

— А ну-ка давайте на проверку дневники, посмотрю, есть ли у вас штемпелек, были ли вы в церкви? — говорил батюшка, переступая порог класса. — У кого штемпеля нет, поднимайтесь, — приказывал отец Дионисие.

И те из ребят, у которых штемпеля не было, пристыженные и унылые, вставали, а те, у которых он был, в числе их и Фэника, продолжали с видом сознания своего собственного достоинства неподвижно сидеть за партами. Отец Дионисие всегда про себя пересчитывал детей со штемпелем и детей без штемпеля в дневнике и всегда оставался доволен подсчетом. Тех, что были в воскресенье у обедни, он не хвалил, но и не бранил отсутствовавших.

Вначале Фэника боялся бога. Эту богобоязнь и страх перед страшным судом внушало ему убеждение, что он провинился перед людьми. Богобоязнь его была просто трусостью, опасением, что придется расплачиваться за совершенные проступки. Хозяйка дома, коана Войкица, была набожной и странной старухой. В доме у нее было полно всяких молитвенников, из которых мальчик читал ей вслух, потому что коана Войкица была неграмотной. Только один вид их вселял в душу мальчика страх. Книги эти, в синих обложках из дешевой бумаги, были с картинками; на них были изображены черти, варящие грешников в кипящих котлах, обезумевшие от боли и страха женщины с телами, окутанными языками пламени, змеи, присосавшиеся к телам грешников, и всякие другие страшные вещи, которые потом снились Фэнике ночью. Боясь всего этого, он молился богу, прося у него прощения и милости.

Коана Войкица все время утверждала, что видит по ночам дьявола. Встанет раным-рано, подзовет к себе мальчугана и рассказывает:

— Видишь этот полусъеденный хлеб? Нынче ночью приходил нечистый есть его. Голодно ли ему, что ли, было. А почему проголодался нечистый? — в ужасе спрашивала сама себя женщина, желая услышать и мнение мальчика. Ей казалось, что невинный ребенок скорее может ответить ей.

От нее узнал Фэника, в каком облике может сатана войти в дом человека — в облике козла, человека с лошадиными копытами, в облике барана, женщины и так далее. Ибо нет облика, в котором не мог бы явиться сатана.

В глубине своей души Фэника был убежден, что сама хозяйка дома, коана Войкица, была нечистым и что господь бог проверяет таким образом его, Фэникину, веру.

Коана Войкица входила также и в странную общину, которая именовала себя «Войском господним». Они собирались в молельне, читали молитвы и пели священные песнопения. Она взяла с собой как-то раз и Фэнику, и мальчик научился там песне, которая начиналась словами: «Старый крест, что стоит одинок при дороге».

Старые женщины и бледные мужчины сидели с книжицей в руках и бормотали песни, в которых печаль сплеталась с ожиданием неизбежных ужасов.

После происшествия в Маглавите многие верующие женщины рассказывали, что и у них были разные видения, что господь ниспослал на них свою благодать. Коана Сэфтика хвалилась, будто накануне ночью ее посетил святой Георгий-чудотворец, убивший дракона, а мадам Вестемяну клялась и божилась, что в доме у нее побывал и благословил ее сам святой апостол Павел. Кумушки рассказывали все это досконально. Сперва показался яркий такой, яркий свет, а затем святой апостол Павел направился к мадам Вестемяну, сказал ей, что, мол, господь бог знает, какая она верующая, а потом спустилось облако, окутало его и опять вознеслось на небеса.

Молодые девушки не очень-то были склонны верить, что святой Георгий посетил Сэфтику, а если и верили, то никак не могли объяснить себе его выбор. «Что он в коане Сэфтике нашел? Она ведь одна кожа да кости».

Женщины, претендовавшие на то, что их посещали посланцы господни, важничали, считали себя святыми, требовали от людей повиновения, ибо то, что они говорили, исходило якобы не от них, а они только передавали веления святого Павла или святого Георгия. Но люди из Баба-Лики не соглашались с тем, чтобы эти благословенные женщины говорили впредь с ними свысока и вели себя зазнайками. Что с того, что ее посетил святой апостол Павел? Великое дело! Это еще не значит, что можно нос задрать. Ну, пришел, так пришел — и все…

Надо сказать, что, так как этим злоупотребляли — на каждой улице появилось по две по три таких святых, женщины, на которых снизошла божья благодать, вскоре утратили свой престиж. «Что она все похваляется, будто видела святую Парасковию?! Ну и что с того, что видела! А вот коана Аурика видела саму пресвятую богородицу…»

Коана Войкица присоветовала дяде Вицу сделать из своего сына попа. Она была даже готова заплатить за него половину суммы, требуемой за учение, лишь бы Фэника стал попом. Но дядя Вицу прикрикнул на нее:

— Хочешь мальчишке жизнь испортить? — и с тех пор поссорился с коаной Войкицой.

Потерять веру в бога помогли Фэнике не только дядя Вицу и Рэдица, которые не очень-то ходили в церковь, но, как это ни странно, этому в значительной мере способствовал и его учитель закона божьего, отец Дионисие.

Всем происшествиям, упоминаемым в священном писании, которые Фэника прежде выслушивал со страхом и верою, отец Дионисие давал самые простые объяснения. Уроки он читал примерно следующим образом: «Ну, значит, посидел святой Петр, посидел, но так как устал он чрезмерно, то и заснул… Иуда что-то там напутал, понадобились ему срочно деньги, и так как был он человеком бесхарактерным, то и сделал, что сделал. Вместо того, чтобы честно работать, предпочел предать спасителя».

Слушая отца Дионисие, Фэника успокаивался и не верил больше поголовно всему, о чем говорила хозяйка.

После уроков отца Дионисия все великие и сильные святые и чудотворцы, которые — по словам коаны Войкицы — могли и горы сдвинуть с места и смести во гневе целые народы с лица земли, представлялись ему какими-то человечками, которые мечутся из угла в угол и не находят выхода. Он сначала в них верил, потому что боялся их, считал их всесильными, чудотворцами. Но теперь, видя их беспомощность, перестал смотреть на них с опаской и вскоре начал насмехаться над рассказами коаны Войкицы о черте, который посещал ее в образе человека с лошадиными копытами.