— Кто? — Георг посмотрел на тело у своих ног. Оскаленная морда, закатившиеся глаза, стиснутые кулаки. — Зверь…
— Обезьяна, — выдавил водитель. — Человекообразная обезьяна.
— Да? — Ната с трудом переводила дыхание. Горло саднило, слюна наполняла рот, мешая говорить. Она сплюнула, брезгливо вытерла повисшую на губе дорожку. — А на этой планете разве существуют человекообразные обезьяны? Если уж на то пошло, здесь вообще есть высшие млекопитающие, не говоря уже о приматах?
— Я не знаю, — водитель попятился от женщины. — Я не биолог.
— Их нет, — выдала Ната. — По крайней мере, мы не нашли…
— Нашли, — кивнул Георг. — Вот их.
— Может быть, — Ната выпрямилась наконец, бросила взгляд вдаль. Убегавшее стадо пропало за кустами. — Но это не повод их убивать.
— Почему? Вы видели, что они сделали? Имирес Понго…
Ната оцепенела. Она ведь пробегала мимо геолога, и та не подавала признаков жизни.
— А до этого были и другие жертвы.
— Карликане, — напомнила Ната, намекая на ксенофобию командира охранного отряда.
— Да, карликане. А до них — может быть, и другие.
— Колонисты с «Мола Северного»?
Их взгляды встретились, и Ната похолодела. А ведь это могло быть правдой. Разгромленный лагерь. Скелет землянина без обеих ног. Тот, второй скелет, который они выкопали… Всего этого более, чем достаточно, чтобы оправдать убийство хищника. И чего ее потянуло защищать его?
Тихий стон заставил ее вздрогнуть. Оглушенный хищник приходил в себя. Тело его слегка дрогнуло, шевельнулись губы, наползая на оскаленные десны, дрогнули глазные яблоки. Медленно, очень медленно он повернул голову и тихо застонал. И было в этом стоне что-то такое, отчего Ната решительно положила руку на ствол автомата в руках Георга:
— Оставьте его…
— Отпустить? Ты сошла с ума! Он зверь!
— Вот и не ведите себя также! Будьте человеком, в конце концов!
Георг расхохотался. И это говорят ему! Ему, Кушнишскому палачу, который лично расстреливал пленных аборигенов! Правда, положа руку на сердце, у тех мартышек с людьми было меньше сходства, чем у этого парня с ним. Что оглушенный в себя хищник был самцом, было заметно невооруженным глазом, несмотря на то, что гениталии скрывались в светло-коричневой мягкой шерстке внизу живота.
— Да. Человеком, — прошипела Ната. — У вас есть наручники?
— Вы хотите забрать его с собой? — догадался Георг. — Для исследований? Но там, кажется, уже есть подходящий «материал»!
Да, она видела. Видела, как луч лазера сперва превратил в живой факел одного из нападавших, а потом преследователи подпалили подранка. Оба валялись где-то в траве, и место их падения отмечали клубы дыма.
— Этот «материал», по крайней мере, целый, — огрызнулась она. — И потом…вы разве не видели, что он сделал?
— Что сделал, что сделал, — сердито проворчал водитель. — Метнул в меня свое копье, а потом чуть не загрыз!
— Вот именно! Он метнул в вас копье! А перед этим? Вы не заметили, что он сделал перед этим?
— Была охота смотреть, — скривился мужчина.
— Он пытался защитить самку! Беременную самку! Все просто разбегались, а он… он думал не только о себе! Да живее! Пока не начался пожар!
Это последнее замечания подхлестнуло мужчин, заставив их действовать быстро. Огонь, зажженный лазерниками, действительно распространялся во все стороны, грозя подобраться и к людям.
Вернувшись на корабль, Георг сразу отправился к капитану Тимменсу. Еще с полдороги он отправил ему сообщение на общую частоту, поэтому не только сам капитан, но и добрая половина экипажа оказалась в курсе происходящего. Тело Нонны Понго было немедленно доставлено в медотсек, куда на помощь врачу устремилась и Диана Рудная, немного смыслившая в медицине катастроф. Остальные либо рассредоточились по лабораториям, либо набились в кают-компанию, перекрывая выход из рубки управления, где командира отряда охранников ждал капитан.
Переступив порог, тот сразу взял быка за рога: