Махнув рукой напоследок, я отправился в указанном направлении, где и правда находилась гостиница. Отказавшись от дополнительных опций, в виде возможности складирования своих вещей, подключения почтового ящика к номеру, и тому подобного, я, наконец, получил свой ключ. В силу того, что комната у меня была самая бюджетная, ее наполнение так же не отличалось роскошью. Собственно, только кровать тут и была. Ну, вот теперь уж точно…
Выход.
Глава 8
— Ну, извини малыш… Я, правда, не хотел. Забыл. Заигрался. Виноват.
— У-у-у-у…
— Ну, не обижайся…
Как я и думал, Лоцман переживал. Не знаю, за меня, или из-за того, что его никто не покормил, но переживал. Стоило мне вылезти из капсулы, как он напрыгнул на меня, стремясь зализать до смерти, в назидание так сказать. С трудом отбился…
А вот потом, он начал всячески демонстрировать, что обижен на меня, за столь наглое игнорирование его лохматой персоны. А, когда он так скулит, мне же, как ножом по сердцу… неприятно, в общем. Впрочем, как решить этот вопрос я знаю, есть проверенное годами средство, перед которым моя лабрадористая морда, ни за что не устоит.
— Кушать подано, обижун ты мой, — произнес я, опуская вниз полную миску собачьей еды.
Издав могучий «УФ!», Лоцман уткнулся в миску, с аппетитом поглощая свой ужин. Пусть я и не мог этого видеть, но зато прекрасно слышал, как его хвост радостно нарезает круги, угрожая снести мою кухню, потоками ветра. Шутка, мой пес не настолько крут.
— Аф?!
— Ладно-ладно, ты очень крут, — успокоил я своего питомца.
Ну, пора бы и мне поесть, а то желудок активно того требует. Со старческим кряхтением, я снова полез в холодильник. Проклятье… Все-таки идея провести почти сутки в капсуле, была не самой удачной, все тело затекло, и нещадно болит. Надо бы размяться, но… так лень…
В итоге, в таком разбитом состоянии, я пробыл до самой ночи. Делать не хотелось решительно ничего, что еще раз подтверждало рекомендации «Прайма» — не спать в капсулах, ибо они не предназначены для подобного. Хотя, в тех же рекомендациях, было не проводить в игре больше трех часов подряд, на что все плевать хотели с высокой колокольни. С другой стороны, в самой игре, в общем-то, предусмотрена функция сна, да и ограничений по продолжительности игровой сессии нет, так что рекомендации эти выглядят довольно-таки странно.
Впрочем, насчет отсутствия ограничений, я хватил лишку. Они, вполне себе, есть. Во-первых, при покупке капсулы, компания требует пройти медицинское освидетельствование, чтобы определить отсутствие у тебя определенного перечня заболеваний, могущих повлиять на твой игровой процесс, или, и вовсе, привести к смерти во время игры, чего «Прайму» уж точно не надо. Учитывая, что сама капсула, при каждом запуске, считывает биометрические параметры игрока, то мухлевать с этими справками сложно. Во-вторых, сама капсула, в течение всего процесса игры, мониторит состояние игрока, выводя его из Дивора, в случае нарушения каких-либо систем организма. Так что, формально, играть можно сколько угодно, но по факту, чтобы играть дольше полутора-двух суток, нужно иметь просто идеальное здоровье, чем могут похвастаться немногие игроки, даже в наше время, когда медицина развивается стремительными темпами.
Жаль не в том направлении, что нужно именно мне…
***
— У-угх-х… — прохрипел я, просыпаясь. Привычный ночной кошмар никуда не делся, но в данный момент, меня куда больше волновало мое разбитое состояние, которое ничуть не улучшилось, за то время, что я спал. Как по мне, даже хуже стало…
— У-у-у! — вторил мне скулеж Лоцмана, обеспокоенного издаваемыми мной звуками.
— Угу… Я скоро тоже выть начну, — пробормотал я. — Охо-хо-нюшки…
Подбадривая себя мыслями о холодном душе, я встал с постели, и начал разминаться. Получалось не очень, мышцы совершенно не желали сокращаться должным образом, но осознание того, что если я этого не сделаю, будет только хуже, служило хорошим мотиватором.
Спустя примерно полчаса, я уже сидел на кухне, в более-менее приличном состоянии. Разминка и холодный душ помогли, потихоньку возвращая мне радость жизни. Впрочем, пропиликавшие на азбуке Морзе часы, мигом вернули мое настроение в исходную точку. Четыре коротких сигнала, и один длинный. Четыре часа утра … ужас какой…
В такое раннее время, мне кусок в горло не лез, но я все-таки запихнул в себя пару пирожков, а то и так вчера, до самого ужина, внеплановой голодовкой занимался, не стоит напрягать свой желудок еще сильнее. Где-то в районе моих ног раздавались звуки активного поглощения пищи. Кого-кого, а Лоцмана совершенно не волновало какое сейчас время, он был готов есть абсолютно всегда, когда дают, проглот мохнатый. Страшно представить, какой для него был стресс, когда он вчера утром не смог привычно набить брюхо. Я, конечно, утрирую, но все же надо бы загладить перед ним свою вину.
— Эй, обжора, прогуляться хочешь?
— Уф?
— Конечно, хочешь, — со вздохом пробормотал я. — Ладно, значит, прогуляемся.
В последнее время, я, по вполне очевидным причинам, недолюбливал выходить на улицу. Чувство беспомощности, и зависимость от моего четвероногого друга, восторга во мне не вызывали. Да и что мне там делать? «Красотами» города не насладиться, активным отдыхом не заняться… Свежим воздухом дышать? Так, в квартире есть окна (хотя, уровень «свежести» воздуха, попадающего таким образом в мою квартиру, находиться под большим вопросом). По магазинам тем более не было никакого смысла идти лично, я и до потери зрения пользовался исключительно доставками, всего и вся, а сейчас и подавно.
Короче, единственное, что могло вытащить меня на свет божий, это Лоцман. Конечно, теперь мы с ним гуляли не так часто (и не так активно), как раньше, что он, конечно, понял и принял, но все же… в отличие от меня, ему прогулки были нужны. В итоге, я старался, хотя бы два-три раза в неделю, но выбираться с ним, в ближайший парк, один из немногих, что еще остался в нашем городе нетронутым. Впрочем, думаю, и ему недолго осталось, учитывая современную манию застраивать любой «свободный» участок города каменными коробками. Нет, возможно, я рано навожу панику, но… будет жалко, если этот парк все же застроят, воспоминаний связанных с ним, у меня полно. Разной степени приятности.
Потрогав волосы, чтобы убедиться, что они уже просохли после душа, все-таки на улице прохладно, осень как-никак, я пошел одеваться. Еще со времен срочной службы, я настолько наловчился заскакивать в одежду, после команды «подъем», что, пожалуй, даже в нынешнем состоянии, смог бы выполнить все требуемые «нормативы» по скорости облачения в форму. Самой формы у меня, конечно, нет, но все же…
— Так… вроде ничего не забыл, — пробормотал я, стоя в прихожей, уже одетый, и морально готовый к прогулке. — А ты, бандит? Ничего не забыл? — уточнил я у Лоцмана, трущегося у моих ног в нетерпении.