— Он представился как Поль…
— Во Франции тысяча Полей. Я сам знаю не меньше десятка. Может, были особые приметы?
— …но потом я узнала, что он куда более известен, как Оникс.
Стефан пробормотал себе что-то под нос, что Катрин не разобрала.
— Логично. Из моих знакомых больше некому, — сказал он ей. — Мне надо это все обдумать, уложить в голове. После вашего рассказа в моем уме должна была сложиться четкая мозаика, которая многое бы мне объяснила… Но я сегодня слишком туг на размышления, так что мозаика не складывается.
— Сделайте стенд с наклеенными бумажками, как в фильмах, — произнесла Катрин. Стефан не понял, шутит она или говорит серьезно.
— Да и… вы сами понимаете, тяжело посреди такой круговерти не воспринимать себя как безумца. Надо думать над этим, много думать.
— Тогда я откланяюсь, — Катрин привстала со своего места и протянула руку к визиткам на столе. Стефан легко схватил ее за запястье.
— Нет, не уходите! Не хочу сейчас оставаться в одиночестве. Мне не по себе.
— Мне очень льстит, — отозвалась Катрин, и по ее лицу было понятно, что она и правда не против воспользоваться предложением провести время посреди скульптур, картин и ваз. — Но вы должны понимать, что я не могу быть вашей сиделкой бесконечно.
— Хоть самую малость. Потом я закрою «Интерьеры» и поеду в людное место.
— Хорошо, я останусь ненадолго. А у вас совсем не бывает посетителей?
— Сюда не заходят просто так с улицы. Обычно люди заказывают доставку по каталогу или с сайта, — ответил Стефан. — Кстати о доставке. Оформим?
Катрин согласилась, поставив закорючку под распечатанной таблицей из четырех строк — три кошки и одна картина, а затем купила медного слоника за наличные. Покончив с бумажками, они приступили к светской беседе. Катрин немного рассказала о кафе, и агент попросил у нее визитку. Такого богатства у нее не водилось, как и сайта, адрес которого Стефан спросил после визитки. Ограничились тем, что она показала ему кафе на Google Maps. Это оказалось не так-то просто, буквы на клавиатуре снова начали плясать перед Катрин, и название улицы и номер дома набирал Стефан под ее диктовку.
Беседа уже плавно перетекала в более личное русло. Катрин помянула Энск, из которого она была родом, и свою Alma Mater, когда зазвонил ее телефон. Это был Максим, которому она по какой-то причине понадобилась лично и вотпрямщас. Пришлось распрощаться.
— Предлагаю объединить наши усилия, — сказала она Стефану напоследок.
— В чем? В съезде с катушек?
— Нет, в их возврате на место, — Катрин захихикала, будто бы собеседник божественно сострил. Ах да, еще предстоит поведать ему, что по городу бегают статуи-убийцы. — Потом расскажу. Только пообещайте до следующей встречи не ездить в район… Как же его…
Не без помощи Стефана она вспомнила, как назывался тот пригород, где располагался салон Бонне, и где жил Оникс (хотя последнего факта она не знала), и агент пообещал обходить его границы за милю.
В лодке сидят K., L. и M.. K. и M. усердно гребут каждый своим веслом в разные стороны, L. сидит посередине.
K.: Тунеядец!
M.: Никчемный лентяй!
K.: Вот же бездельник!
M.: Даже «спасибо» не скажет!
L. вытаскивает из дна лодки затычку, как в ванной. Уровень воды в лодке поднимается на треть. K. и M. с криком вскакивают, отбирают затычку, затыкают дыру и снова принимаются грести.
K.: Тяжелее стало, напустил дурак воды!
M.: Эй дурак, вынь затычку, чтоб вода вытекла.
L. торжественно вынимает затычку. Уровень воды в лодке поднимается на вторую треть.
K.: Ты только посмотри, что он сотворил!
K. и M. снова отбирают затычку и водворяют ее на место, затем возвращаются к гребле в разные стороны.