Забавная геология: Записки геолога: читать начало книги онлайн

Двадцать седьмого к вечеру голодные «туристы» прибыли в Тунгуск. Женщины отправились сразу в столовую и в магазин за продуктами, мужчины занялись разборкой плота, упаковкой брезентов, палаток, лодок. Начальник пошёл договариваться с транспортом. Он поднялся по крутому косогору высотой почти двадцать метров, хотел отправить вниз Петровича и Андрея на помощь (они уже должны были вернуться), но хата на краю обрыва, арендованная им на лето, оказалась на замке. Он заглянул к соседям и узнал страшную новость: геологи не появлялись вообще. Ещё ему сказали, что дней десять назад в горах разбился самолёт. Про погибших летчиков слышали, а про геологов не было никаких разговоров.

— Ёлы-палы! Где же они теперь? Десять дней без еды! Что теперь делать? — опешил Слава. — Бежать в порт, требовать санрейс!

Вот-вот, а там скажут: «Ты десять дней где был? Мы два дня пытались с тобой связаться. Почему ты не выходил на связь?»

Он пошёл договариваться с машиной, а сам думал: в порт нельзя, а что делать?

Спасение

Проснулся поздно. Пригревало солнце. Небо было голубое, из спальника вылезать не хотелось. С вечера не мог уснуть, мучили мысли: как они там? Подрались за последнюю банку или всё бросили и пошли тайгой в Тунгуск? Что с документами, где Петрович оставил записку перед уходом? Или…

Дальше думать не хотелось. Всю ночь снился один и тот же сон: он гонит лодку вперёд, а она, перегруженная канистрами с бензином, ползёт еле-еле. Вспомнились последние два дня, когда он метался весь в делах по посёлку, а сам думал до боли в голове о том, что же делать, пока не решился рвануть на озеро и там определиться, как быть дальше.

Слава встал, развёл костер, заварил крепкий чай со слоном на упаковке. Отрезал кусок колбасы и хлеба. В рюкзаке осталось на два чаепития. Решил, что хватит доехать и вернуться.

Покончив с завтраком, он отправился в путь. Лодка рассекала встречное течение шустро, груз уменьшился наполовину. Он израсходовал уже две канистры и две оставил на берегу на обратный путь. Примерно через час-полтора моторка преодолела небольшой порог и выскочила на гладь озера-ступеньки. Где-то недалеко уже до охотничьей избушки, и будет половина пути, решил он. Развернув лодку вправо, на другом конце продолговатого озера он вдруг увидел людей. Мелькнула мысль: кто такие? Откуда они взялись в этой глухомани на лодке? Только через несколько минут узнал своих геологов.

Петрович и Андрей с берега наблюдали за своим начальником. Они только что доели последнюю банку консервов и у них потекли слюнки в предвкушении обильной еды. Они подхватили причалившую лодку, привязали к деревцу. Обнялись с начальником, сошедшим на берег.

— А мы только сейчас прикончили последнюю банку тушёнки! — первым делом сообщили геологи. — Давай вначале покорми нас.

Начальник достал из багажника лодки рюкзак и выложил на камни колбасу и хлеб. Потом добавил бутылку водки.

— Извините, мужики, больше я взять не мог. Лодка была под ватерлинию загружена канистрами с бензином. Взял вот рюкзак, да долго до вас добирался.

У мужиков вытянулись лица, на которых отчётливо читался вопрос: зачем тогда ехал? Петрович, чтобы не сказать лишнего, стал разливать в кружки на троих:

— Ну, за встречу. Разбираться потом будем… Выпили до дна, и Андрей с Петровичем моментально прикончили хлеб и колбасу.

Начальник, на лице которого вместо радости или удовлетворения, что люди живы-здоровы, была лишь забота и беспокойство, занялся делом: быстро срубил жердь, при-вязал неуклюжие транспортные средства геологов по обе стороны лодки и скомандовал:

— Поехали!

Не было задано ни одного вопроса о том, как пережили полмесяца; не было удивлений по поводу «конструкции» из ничего.

Уже в лодке Петрович спросил, почему Слава не заказал санрейс, на что получил ответ: «Мне отказали. Сообщили: Москва закрыла порт, а то, что в тайге твои люди, — твоя проблема».

На вопрос, почему у него новый топор, а не тот, который он взял на плот, ответ был более подробным:

— Да, так получилось. На порогах мы потерпели аварию, плот разорвало на части, и ящик с посудой упал в воду. Твой топорик тоже был в ящике.

«С ума сойти! — подумал Петрович. — Топор при сплаве по горной реке в ящике с ложками-поварёшками!»

В пути разговоров не было, голоса глушил мотор за кормой. Петрович наблюдал за берегами, прикидывал скорость, с которой они теперь «мчались». Привязанные по бокам лодки буровили воду тупым «рылом». Получалось не намного быстрее «двойки» на вёслах. Но зато на душе стало спокойней: теперь опасности позади. Останавливались только для сбора оставленных ранее канистр и перезаправки мотора. Отдохнули, вскипятили чайку только раз. Прошли без приключений пороги, далее река стала шире, течение спокойнее. «Вихрь» теперь гудел день и ночь, нагонял дремоту. В ночь на тридцать первое августа выпал снег, утром появились первые забереги.

Зима была рядом. Спасённые сидели в дюралевой лодке более тридцати часов в летней одежке и в резиновых сапогах.

В час ночи первого сентября прибыли в Тунгуск. Причалили у высокого крутого берега. Слава сразу отправил геологов в хату, что виднелась наверху на краю обрыва. Они взяли свои вещи, спальники и по крутой тропинке, помогая руками, поднялись на гору.

Появление Андрея и Петровича было столь неожиданным, что рыбаки Николай и Сергей не сразу поняли, что «потеря» нашлась. Они побежали помогать начальнику, Петрович сразу проверил полки в поисках чего-нибудь съестного. Не нашёл ни корочки, ни банки. Только через полчаса, которые голодным показались вечностью, появился Слава с рабочими. Слава из заначки в другой комнате принёс банку и бутылку. Не говоря ни слова, вскрыл банку, разлил бутылку на троих. Наказал Николаю поставить чайник на плитку.

Выпив и закусив, робинзоны поневоле отправились спать. Спали как убитые, но встали пораньше и пошли завтракать в столовую. Петрович взял котлету и блинчики со сметаной. Котлета, отметил он, не то, что в городе — размером со столовую ложечку, а такая, что ладонью не накроешь, и с блинов масло течет. «Эксперимент» с двухнедельным голоданием обошёлся без каких-либо последствий. Потом пошли в аэропорт, купили билеты. Обедали они уже в Красноярске.

В рейсовом самолёте под ровный гул мотора Петрович перебирал детали приключений последних недель. И мысленно возмущался: спасатель рекорды ставил, один на казанке попёр за полтысячи километров на озеро по горной реке. Зачем? С какой целью? Поехал спасать голодающих и не взял ни грамма хлеба! Лодку, видите ли, он бензином перегрузил… Загрузил два центнера горючки, а двум булкам хлеба места не нашлось! Почему поехал один? Может, ему свидетели были не нужны, и в страхе перед предстоящими судебными разбирательствами он просто растерялся?

Раз за разом вспоминалась картинка первых минут встречи: бутылка водки, кусок колбасы и хлеб. О чём в то же самое время размышлял его напарник, он не стал спрашивать. Конечно, о том же.