Олег уже прогревал двигатель внедорожника, и Максим поспешил занять место в салоне.
Начал моросить дождик, бездомный собрал свои пожитки, и уковылял прочь. Одинокая машина вырулила с обочины на дорогу и скрылась за поворотом.
Эпилог
— Доброе утро, дорогие зрители! Несмотря на хмурую погоду, у нас в студии всегда светло и уютно, присоединяйтесь! И сегодня к нам в гости пришел Георгий Ильич Власенко, известный ученый, доктор математических наук, исследователь феномена носителей. Георгий Ильич, здравствуйте. — Молодой ведущий приветливо кивнул ученому.
— Доброе утро, — отозвался доктор. Ведущий и гость сидели на мягком кожаном диване. Перед ними, на стеклянном столике, стояло две чашки свежесваренного кофе. И в виду раннего часа, гость не постеснялся им насладится.
— Георгий Ильич, — начал ведущий, на камеру отпив из чашечки с логотипом спонсора. — У всех нас один вопрос: что произошло?
Оператор взял доктора крупным планом.
Власенко вздохнул.
— Виртуальности больше нет, если кратко, — сказал он.
— А персонажи? — быстро уточнил ведущий.
— Они тоже исчезли, — кивнул гость, улыбнувшись.
— Невероятно… Известны ли причины столь внезапной перемены в нашей и без того нестабильной жизни?
— Пока лишь косвенно, — осторожно начал доктор, глотнув кофе. Напиток был и вправду хорош, ароматный и вкусный. — Минуло немного времени, чтобы точно назвать причину такого явления… Но, одна из наиболее вероятных версий — внутренний конфликт Виртуальности.
— Но это же наверняка случилось не спонтанно, что-то явилось тому причиной?
Власенко кивнул. Ему не полагалось говорить слишком много. Сверху дали четкое указание молчать до поры и всячески уходить от конкретики. Но в общих чертах обрисовать ситуацию было можно.
— Разумеется, причины есть. Мы работаем совместно с инженерами и программистами, в том числе и теми, кто занимался разработкой самой Реальности-два. Программный код на серверах перебирается буквально по символу, анализируется каждая команда, алгоритм…
Ведущий заглянув в планшет, сказал:
— Нам задают много вопросов о бывших носителях. Как они живут, что с ними будет, найден ли убийца, наводивший страх на обладателей персонажей? — он вопросительно взглянул на Власенко. Доктор поерзал на диване.
— С носителями, по крайней мере, с большинством, все более-менее в порядке. Случаи расстройств имеют место, но они незначительны. А предполагаемый убийца схвачен, ведется следствие, больше сказать не могу.
— Выходит, с исчезновением персонажей человечество потеряло возможность совершить прорыв в вопросе наших возможностей?
Власенко дернул бровями, сказал:
— Это двоякая ситуация, на мой взгляд. С одной стороны — да, мы до сих пор не поняли, что случилось, не постигли суть и механику явления. Но с другой стороны — оно и к лучшему.
— К лучшему? — удивился парень.
— Конечно, — сказал Георгий Ильич. — Люди получили колоссальные возможности, будучи к ним не готовы. Мировоззрение обычного человека, воспитанного в тех ценностях, которые создает наша культура, не готово справляться и использовать такие силы во благо. Поэтому, я нахожу то, что случилось скорее позитивным, полезным для человечества. Нам приоткрыли завесу, дали взглянуть на себя в будущем. И теперь мы должны понять, какими нужно становиться, чтобы это принять и остаться людьми.
Ведущий задумался, сказал после паузы:
— Вы намекаете на то, что герои массовой культуры — не пример для подражания?
Власенко медленно кивнул:
— В некотором роде, да. Этот этап, считаю, мы уже прошли. Множество героических образов современного искусства в сути своей эгоистичны и циничны, хоть и подаются иначе. Мы находимся в переломной точке истории, когда многие идеалы канут в лету. Или претерпят сильнейшие изменения.
Ведущий улыбнулся, спросил:
— А каким же тогда, по вашему мнению, должны быть наши герои?