— То есть, ты подставил человека, — глухо резюмировал Савельев.
Николаев отвернулся.
— Что ж ты за человек такой, Саша?.. — укоризненно произнес Миххик, взглянув на того.
— Не без оснований ведь! — горячо возразил тот. — Он не святой, уж поверь!
Миххик покивал:
— Ну да. Куда ж ему до тебя…
Саша заткнулся.
Савельев поднялся, вглядываясь в горизонт. В бледной синеве, далеко от них, зажглись два огонька. Они, как глаза блестели вдали.
— Идем, — сказал он Николаеву. Тот непонимающе уставился на Миххика, затем насупился, увидев огни.
— Куда? — в голосе его мелькнул страх.
— К тем тварям, как ты выразился.
Николаев замахал руками.
— Э-э, нет. Больше я туда не сунусь, хватит с меня квестов!
— Не будет никаких квестов, пошли, — Савельев махнул рукой. — Будем говорить.
Николаев нехотя встал, ойкая и охая, отряхнулся, и они не спеша двинулись вперед.
Шли молча. Время от времени Миххик поглядывал на своего пленника — мало ли, что он мог выкинуть.
— Что ты почувствовал, когда… ну, когда я тебя того… — заговорил вдруг Саша, когда они преодолели около половины расстояния.
— Убил, — помог ему Савельев.
— Ну да…
Миххик поежился, вспомнив о пережитом прошлом.
— Боль, — сказал он уклончиво. — Сильную.
Николаев глянул на следователя, произнес серьезно:
— Ты это… прости.
Миххик улыбнулся. Извинение звучало нелепо.
— Кстати, а почему ты выбрал именно меня? — спросил он. — Мы ведь даже не знакомы.
Николаев стыдливо поджал губы.
— Когда я узнал о расследовании, то по своим каналам выяснил, кто ведет дело. А там, на крыше… обдумывать особо времени не было. Это было бы предупреждением тем, кто решит продолжать охоту за мной.
Миххик хмыкнул.
— Ну а почему я остался жив?
Саша пожал плечами: