Закончив расправу над «крысами», те все же бросились бежать. Некоторые при этом разграбили оружейную, и при встрече завязался короткий бой. Джип ехал навстречу сухогрузу, свет фар падал на бегущие фигуры.
– Огонь! Вали, вали его! – Стрелки вскинули винтовки и открыли прицельный огонь.
Несколько беглецов ничком рухнули на землю. Некоторые отступили назад к «Ледовску» и открыли ответный огонь. Боевикам пришлось штурмовать собственную крепость. Причем в отличие от сталкеров их боезапас был ограничен, да и сами они вместо стволов тащили с собой ведра и бочки.
– Рассредоточиться по периметру, окружить судно! – приказал Зуба.
Осевшие сталкеры не берегли боезапас. Терять им было нечего, и они расходовали патроны, не давая бандитам высунуться. Боевики же оперативно заняли удобные боевые позиции и выжидали команды.
Ситуацию спасли наемники. Четверо подготовленных к разного типа операциям бойцов быстро сориентировались и взялись за штурм. В кратчайшие сроки самые ярые бунтари были ликвидированы, а остальные сложили оружие.
Уже через несколько минут они были обезоружены и лежали лицом в пол. Обозленные бандиты избивали их и калечили дубинками.
Зуба и еще несколько боевиков прорвались к каюте главаря. Тот сидел за столом со скучающим видом и курил трубку. На столе лежала граната.
Зуба выпучил на старшего изумленный взгляд:
– Босс, что происходит?
– Что-то вы совсем долго, – важным голосом произнес вожак. – Расслабились, совсем страх потеряли.
– Я… мы были заняты пожаром, у нас не было подручных средств, чтобы…
– Сколько техники мы потеряли?
– Три машины сгорели дотла, еще две теперь… только на запчасти, – виновато ответил бандит.
– На запчасти, – повторил Кобзарь.
Наступила напряженная тишина. Заместитель не смел ее нарушать.
– Что с заключенными?
– Подняли бунт, – дрожащим голосом произнес Зуба. – Не знаю как, но они открыли все клетки и разграбили оружейную. Нам удалось их остановить, но…
– Поправочка. – Кобзарь поднял палец к небу. – Ты не знаешь, как они сбежали. А мне вот это прекрасно известно. А еще очень хочется у тебя узнать.
Кобзарь подобрался и посмотрел на подчиненного свирепым взглядом и внезапно взорвался:
– Ты, сука, отвечаешь за безопасность! Потрудись-ка объяснить, какого хрена какой-то щенок смог в одиночку спалить наш лагерь и выпустить всех заключенных?! Мало того, он беспрепятственно подобрался лично ко мне!
Зуба побледнел.
– Как один? Кто?
– Сопляк, что вчера днем пришел к нам в лагерь! Он один всю эту аферу провернул! И обвел вас, ослов, вокруг пальца! Вы че, вообще страх перед Кобой потеряли, раз такие салабоны пошли?!
Главарь резко встал. Он был разъярен. Лицо красное, как помидор, взгляд испепелял всех троих.
– Чем, сука, занимались дозорные?! Они в шары там долбятся на вахте или что?! Виноватых в тюрьму! Пусть недельку побегают по кислотным аномалиям, пока долг не отработают!
Зуба покорно кивнул. Стоящие позади телохранители боязливо зашептались.
– Мы найдем того фраера, – подал голос один из них.
– Да, не завидую я ему, – заговорил его напарник.
– Сейчас же отправляемся на поиски, далеко не уйдет, – решил Зуба, но вожак его внезапно остановил.