Выбрав место, где нас хуже всего было видно с улицы, мы присели на лавочку, спинка которой была усердно изуродована вандалами. Где-то за деревьями попискивали мамаши с детками, на них возмущенно орали воро́ны, явно считающие сквер своей территорией. В общем, нормальная такая городская идиллия в царстве смога и рекламы.
– Ну, мою историю ты теперь знаешь, – сказал Фёдор. – А теперь объясни, с чего это на тебя охваченные ополчились?
– Понятия не имею, – искренне ответил я. – Сам бы хотел узнать, с какой это радости я у них в расстрельных списках на первом месте.
– Идей никаких?
Я пожал плечами.
– Ни малейших.
– А как в Москву приехал, ничего странного не произошло?
– Если не считать, что меня с ходу попытались завалить, то ничего. Ну, ты сам видел. И после этого еще два раза. Плюс квартиру мою то ли продали, то ли отдали какому-то типу. За исключением этого никаких странностей, всё как обычно. Хотя…
– Что хотя?
– Да старого знакомого встретил утром. Он сказал, что чуть ли не самый главный продавец этих гаджетов в Москве. И работу мне с ходу предложил. Мол, специально меня искал, чтоб поставить во главе своей охраны. Я сказал, что подумаю.
– Так-так, – заинтересовался Фёдор. – А ну-ка с этого места поподробнее!
Я рассказал в подробностях о встрече с Сашкой и Максом.
– То есть ты вставлял в ухо гаджет, но не активизировал дополненную реальность на сто процентов, – задумчиво проговорил Фёдор.
– И что из этого следует?
– Это как для наркомана ввести иглу в вену, но не нажать на поршень. У тебя не возникло эффекта привыкания, который при полной активизации реальности у современного человека возникает практически мгновенно. Людям не хватает новизны ощущений, других впечатлений. Людям скучно жить. А тут – та же жизнь, но интересная…
– Про это я уже понял, можешь не агитировать, – оборвал я Фёдора. – А почему, например, при первом знакомстве с гаджетом не сделать это принудительно? Не прописать в программу?
– Эксперимент есть эксперимент, – пожал плечами Фёдор. – Может, создатели нейрофонов решили что человек должен сам подсадить себя на их изобретение. А может, просто баг, недоработка программы.
– Думаю, её скоро исправят, – сказал я. – И тогда мы получим стадо людей, работающих и живущих лишь для того, чтобы играть. Очень удобный способ получить армию добровольных рабов… Хотя это всё так, философия, на которую у нас не особо много времени. Меня интересует одно – как мне найти тех типов, что нас заказали?
– А может, всё-таки из города свалить, а? – с тоской в голосе произнес Фёдор. Похоже, потеря всех денег со счета изрядно подкосила его боевой дух.
– Боюсь, не получится, – покачал я головой. – Думаю, те, кто нас заказал, это уже предусмотрели. Не дадут нам выехать из Москвы. Поэтому выход один – найти и уничтожить. Вопрос лишь в том, как найти!
– Погоди, – сказал Фёдор. – Есть одна идея. Как, ты сказал, зовут твоего друга?
– Сашка… То есть Александр.
– Сейчас… Твою ж мать!
– Что такое?
– Да сумка моя… Я ее в ресторане забыл с перепугу. А там ноутбук, смена белья…
– Ну вот, можешь теперь не париться по поводу того, что мы не заплатили за обед, – хмыкнул я. – Надеюсь, хозяевам той ресторации хватит твоего ноута и запасных трусов, чтобы компенсировать убытки.
– А, наплевать, – махнул рукой Фёдор. – Пусть подавятся. Придется воспользоваться альтернативным вариантом.
Фёдор вытащил из кармана свой телефон, длинные пальцы забегали по экрану.
– Опиши своего друга. Ну, сколько примерно лет, какой рост, цвет волос и глаз, форма носа и так далее.
– Зачем тебе?