Эх, руки бы поотрывать этим взрывникам-вредителям! Взялись за дело – так уж сделайте его чисто, чтобы пролет лег аккуратно на дно канала, не мешая судоходству… Но движение маломерных судов в списке приоритетов вредителей стояло на последнем месте – и пролет моста рухнул наискось, зацепился одним концом за опору, частично разрушив ее. И перекрыл нам путь, словно криво вставшая заслонка…
Обидно, до Невы оставалось каких-то четыре километра. А посуху их не пройти.
Если не рассматривать вариант с позорным возвращением, выход имелся: разрушить преграду и плыть дальше.
И средство одно-единственное: взрывчатка.
(О «болгарке», которую мы прихватили с собой, не стоило и вспоминать. Даже будь «Ной» доверху загружен запасными дисками к ней – работы на год, не меньше.)
Взрывчатка… И не килограммы – десятки килограммов.
Да только где ее взять… У отца, как я уже упоминал, имеются потайные складики с запасами в разных частях Зоны. Да только я сам (сам! идиот!) капитально почистил их от взрывчатки, набив ею секретную комнату в Надино… И схроны снаружи Периметра – тоже почистил. В результате, когда враги незваными заявились в гости, я так и не решился поднять дом на воздух… А как бы здесь и сейчас пригодились те мешки и ящики… Ну не идиот ли?
– Надо взрывать, – эхом моим мыслям произнес отец.
– Чем? – уныло спросил я.
– Есть у меня складик не так далеко, на Марата… Можно прогуляться туда.
– Здесь килограммом или двумя не обойдешься… – сказал я еще более уныло.
– Ну-у-у… Если поскрести по сусекам… Найдем, думаю.
– Та-ак… Кто-то мне клялся и божился, что обеднел взрывчаткой, что нищенствует, что все отдал непутевому сыну… Кто бы это был, ты не помнишь случайно, папа?
– Что за претензии? Тебе что сейчас хочется взорвать, не пойму: свой дом или эту железяку?
– А когда будет ужин, Пэн? – встрял в наш диалог Дракула. – Что-то кушать опять захотелось…
– Скоро, Дракула, скоро… – ответил я рассеянно, но его вопрос натолкнул меня на новую мысль, и я тут же спросил у отца: – У тебя, случайно, не завалялась в сусеках морозильная камера, а? Автономно работающая? С парочкой телячьих туш, например?
Я бы не удивился, честное слово.
– Чего нет, того нет. Есть продукты длительного хранения: консервы, концентраты, крупы, мука…
– Не то… Как говаривал наш зампотыл Мишкунец: орга…
Я смолк буквально на полуслове, проглотил цитату от Мишкунца: «Организм мутантский нежный, ему, организму мутантскому, консерванты не по нутру и прочие красители с усилителями вкуса тоже».
И не только оттого я осекся, что рядом находились пятеро мутантов, упорно считавших себя людьми… Вспомнил кое-что: добрые старые времена на Новой Голландии, и совещание у Ильи Эбенштейна в Доме коменданта, посвященное продовольственному кризису в Виварии, и бесконечные речи Ставра Гирудовича Мишкунца, всех доставшего своим нытьем о муке, о масле и о блюде с незамысловатым названием «болтуха», приготовляемом из этих двух ингредиентов… Не содержавшая консервантов и прочей пищевой химии болтуха способна была, по уверениям Мишкунца, хоть неделю прокормить прожорливых квартирантов Бутылки.
Масло и мука… Мука и масло…
– А масло есть? – спросил я, окрыленный внезапно открывшейся перспективой.
– Есть, конечно, – кивнул отец, – тебя какое именно интересует?
Последовавшая моя реплика заставила родителя уставиться на меня недоуменно и подозрительно.
– Извините, Ставр Гирудович, – произнес я с чувством, глядя куда-то вдаль. – Спасибо вам за науку.
Сумерки… На берегу горит костер… Над огнем, в объемистом котелке побулькивает знаменитая болтуха им. тов. Мишкунца С. Г.
Это уже вторая порция, на завтра. Первую уплели Тигренок и Дракула почти без посторонней помощи. Почти – значит, что Зайка-Мура скушала совсем небольшую миску варева, а мы с Нагом, едва попробовав, отказались. Калорийно, кто бы спорил… но вкус на любителя.
Кашеварит Тигренок. Она решительно прибрала к своим лапам обязанности шеф-повара, едва увидела, что отец собирается бросить в первую порцию соль и специи. Заявила: большинство болезней, дескать, как телесных, так и душевных, происходят от неправильного питания. А оно, в свою очередь, имеет причиной кулинаров-неумех, берущихся не за свое дело…
Отец не возражал и с уничижительным определением «кулинар-неумеха» не спорил. Обрадованно передал обязанности дежурного по кухне, подхватил «бельгийку» и пораньше отправился сменить Нага в охранении.