Сейчас я вспомнила об этом, и мой гнев угас, когда он помог мне взобраться на фундамент дома с рассеянным выражением на лице.
– Какого цвета по-твоему должна быть черепица?
Я изумленно уставилась на него в последних лучах солнца.
– Так вот на что ты хотел получить мой совет? Какого цвета выбрать черепицу?
Задумчивое выражение исчезло из его глаз, и Ник усмехнулся.
– Среди прочего.
Я скрестила руки на груди и пристально посмотрела на него. Ладно, если он хочет играть в игры, то я поддержу это. Но мы оба знали, что эта тема еще не закончена.
– Какую отделку ты запланировал?
– Виниловый сайдинг.
– Цвет?
– Какой цвет ты хочешь?
– Это твой дом, Ник.
Даже в тени, отбрасываемой верхним этажом, я видела, как его серые глаза потускнели.
– Нет, это наш дом.
Мне казалось, что мои внутренности плавятся в лужу на холодном бетоне у моих ног.
– Белый, – прошептала я. – Сделай так, чтобы снаружи все было белым.
Я не знаю, кто двинулся первым, и имеет ли это значение. Я знаю только, что внезапно очутилась в его объятиях, а его губы жадно впились в мои. Мы так тесно прижались друг к другу, что я чувствовала каждый дюйм его твердого тела, чувствовала тепло, исходящее от его кожи. И никогда в жизни я не чувствовала себя так хорошо, как сейчас. За это короткое время мы не были двумя людьми, разделенными пятнадцатью годами и беспокойным прошлым. Мы были одним телом, одной душой, которая воссоединилась через кажущуюся непреодолимой пропасть.
Когда все закончилось, мы оба дрожали, хватая ртом воздух. Но вместо того, чтобы отпустить меня, Ник так сильно обхватил меня руками, что стало почти больно, и зарылся лицом в мои волосы.
– Боже, я не могу потерять тебя снова, – его шепот был резким, полным боли. – Не сейчас, когда я так долго ждал, чтобы обнять тебя. Думаю, это убьет меня. Но я так чертовски боюсь, что ты возненавидишь меня, когда узнаешь правду.
Я положила голову ему на грудь и закрыла глаза.
– И когда же это произойдет?
– Скоро. Так чертовски скоро.
– Но не сегодня?
Он поколебался, и я почувствовала напряжение в его теле.
– Нет, не сегодня. Я знаю, что не имею на это права, но я прошу тебя довериться мне еще немного.
Я откинулась назад и на секунду заглянула ему в глаза, затем кивнула.
– Покажи мне остальную часть дома.
Итак, в течение следующего часа мы притворялись не более чем двумя влюбленными людьми, которые деловито планировали дом, который они вместе построят. Мы держались за руки, смеялись и спорили о планировке кухни. Мы обсудили цветовую гамму, черепицу и напольное покрытие. Мы не могли перестать касаться друг друга или смотреть друг на друга, пытаясь запомнить этот запретный момент.
Когда пришло время расставаться, нам обоим не хотелось, чтобы магия заканчивалась. Мы обнялись, как подростки, стоя в передней части сарая после того, как он проводил меня домой, обмениваясь долгими, медленными, одурманивающими поцелуями, которые длились вечно, доводя нас обоих до предела выносливости и заставляя наши тела болеть.
А потом я стояла в открытой двери и смотрела, как Ник уезжает, не подозревая, что этот блаженный покой продлится всего несколько дней. Не подозревая, что, когда я, наконец, узнаю правду, ярость, вспыхнувшая во мне, уничтожит человека, которого я все еще любила всем сердцем.