– Я на минутку, – Марина улыбнулась Жене и заторопилась к разведчикам. В общей сумятице парень не успел ее перехватить, толпа отсекла его от женщины.
– Приветствую. Можно одного из вас на секундочку? Егор Михайлович, вы позволите мне лично выразить благодарность вашим… – Алексеева осеклась, но тотчас исправилась. – Нашим друзьям.
Мужчина недобро покосился на нее, однако кивнул. Командир группы отошел к стене вслед за ней и заулыбался, не подозревая подвоха. Марина обернулась к нему, суровая и строгая, и улыбка медленно сползла с лица парня.
– Я надеюсь, ваш начальник, Олег Семенович, в добром здравии и на своем посту? – голос его спутницы прозвучал очень серьезно.
– Конечно. Кто вы и что вам надо? – торопливо спросил разведчик.
– Если в этом бункере случится беда, мы будем вынуждены просить убежища у вас как у ближайших соседей, – продолжила женщина, пропустив его вопрос мимо ушей.
– Я не уполномочен дать вам ответ. Думаю, в случае чрезвычайного происшествия Олег Семеныч не откажет в помощи. Но это решать ему.
– Передайте начальнику вот это, – Марина достала из рукава сложенный лист бумаги.
– Что это? – подозрительно спросил молодой человек.
– Вы не уполномочены знать такую информацию, – съехидничала Алексеева. – Успокойтесь. Это просто записка, считайте, что привет от старых друзей. Очень надеюсь, что по пути с вами ничего не произойдет. Желаю счастливого возвращения.
– Стойте! Кто вы такая, и какого черта тут происходит? Я раньше жил в этом бункере, прекрасно знаю всех взрослых в лицо. Откуда вы тут взялись? – парень вдруг насторожился.
– Какая вам разница, откуда я взялась и кто я? Передайте записку вашему начальству. Если оно захочет – объяснит. А нет – меньше знаешь, крепче спишь, – Марина смотрела ему в глаза пристально и зло.
Разведчик попытался развернуть бумажку.
– Совать нос в чужие письма невежливо, – заметила женщина. – Впрочем, читайте. Для вас там все равно ничего нет.
«Обещанного три года ждут. За тобой должок. Гости на пороге. Прими М.А. и друзей. Три восьмерки условный. Р.», – гласило послание, написанное мелким острым почерком.
– Ничего не понятно, – почти обиженно протянул юноша.
– Вам – нет. Олегу Семеновичу все станет ясно. Поэтому и не стоит лезть туда, куда не следует, – сурово одернула его Марина.
– Честь имею! – разведчик коротко кивнул и вернулся к своим товарищам. Он был явно зол и обескуражен. Послание, однако, забрал с собой.
Алексеева подошла к Жене, встала у стены и заинтересованно разглядывала столы, на которых уже успели расставить кастрюли с супом.
– О чем ты говорила с ними? – спросил парень.
– Да ни о чем, – беспечно усмехнулась женщина. – Сказала «спасибо», как и все. Очень вкусно пахнет, между прочим. Думаю, суп у ваших поваров вышел безупречный.
Она картинно облизнулась, засмеялась, пытаясь сменить тему.
Евгений смотрел, как жители бункера поочередно подходят к гостям, благодарят, улыбаются со слезами на глазах, а разведчики Метровагонмаша улыбаются до ушей, слушая теплые слова. Ох, не с таким выражением лица отошел их командир от Марины. Не принимают благодарность с такой обидой во взгляде.
– Врешь, – констатировал парень, угрюмо посмотрев на свою спутницу.
– Если и вру, что дальше? – отчего-то раздраженно бросила Марина, делая вид, что занята созерцанием алюминиевых мисок на пожелтевшей от старости клеенке.
– И зачем ты мне врешь? – не успокаивался Женя.
– Зануда, – усмехнулась женщина. Ее взгляд потеплел. – Я вру, да. Я спросила у ребят, не осталось ли соединительного туннеля, который раньше был на заводе. До Катастрофы поезда гнали прямо с завода в метро. Разведчики сказали, что туннель давно рухнул. Вот и все.
– Зачем было врать? – грустно спросил парень.
– Юноши склонны мечтать. Еще надумаешь покорить большое метро после моих рассказов – и натворишь глупостей.
– Я уже ни о чем не мечтаю, – прошептал парень.