– Держи! – Антонио сбросил ему красный флаг с медведем и надписью.
– Я забрал! Давайте, спускайтесь быстрее!
Машину уже освободили от веток, что кое-как скрывали ее от посторонних глаз. Почти половина людей, что грузились в УАЗ, уже была ранена.
– Где еще пятеро, Карл?! – крикнул Сапрыкин.
– Они погибли! У нас был уговор! Мы оставляем мертвых!
– Черт! Рубаха, Антон! Живее!
– Они уже под стенами! – воскликнул Рубаха. Он покинул здание, в котором разгорался пожар, последним, вслед за Антонио. – Сейчас они будут здесь!
– Понятно! Быстро в машину!
С торцов здания потянул густой дым. Похоже, это не из-за пожара, а джокеры бросили дымовые гранаты.
Антонио и Рубаха уселись в самом конце УАЗа. Задних дверей не было, да и не очень-то они сейчас нужны. Машина рванулась с места и тут же где-то рядом загрохотали автоматы. Жуткий звук рвущегося от пуль металла пронзил слух. Пули вонзались в людей и те вздрагивали, расставаясь с жизнью, когда спасение уже почти было достигнуто. Жуткая боль жаром окатила левый бок, и Квалья так дернулся, что просто выпал из машины.
В голове звенело, тело терзала острая боль. Он слегка приподнял голову и увидел, как удаляется УАЗ, а ему вдогонку летели еще пули. Почти потеряв рассудок и сознание, он повернул голову и увидел, как из дыма нагло, почти торжественно, выходят четыре каннибала и длинными очередями стреляют вслед машине.
– Жмите на газ, – простонал Антонио. – Я их… задержу…
Вдруг, совсем рядом заговорили еще автоматы. Квалья с изумлением смотрел, как в торсах джокеров одна за другой, будто лопающиеся фурункулы, возникают обволакиваемые слабым паром от горячих пуль отверстия.
– Боже… – вздохнул в изумлении итальянец, когда заметил, что рядом с ним в траве лежат Дерил и Рубаха.
– Так должно было быть… Я должен был остаться и встретить его… А вы бегите… Вы еще можете успеть…
– Что ты там бормочешь? – поморщился Рубаха. – Дерил, помоги! Надо укрыться в доме!
Странное дело, эти двое не знали других языков, кроме родного. Но сейчас понимали друг друга практически без слов. Подхватив раненого Антонио, они затащили его в здание, где становилось все жарче. Несколько помещений уже полностью были охвачены огнем. В дверях их настигла автоматная очередь. Дерил вскрикнул и упал. Рубаха, отпустив Антонио, присел и открыл ответный огонь.
– Наверх… Идите наверх! Я остановлю их! – закричал Дерил, корчась от боли. Две пули попали ему в спину. – Быстрее!
– Я помогу ему подняться и вернусь, – торопливо проговорил Рубаха, подхватив итальянца.
– Я сам! – прорычал Квалья, когда они уже были на лестнице.
– Помолчи! Разберемся!
– Вам надо бежать! Вы еще можете успеть!
– Уже нет, приятель. Уже нет. Они во дворе. Но мы напоследок еще повеселимся, верно?
Внизу послышалась стрельба.
Дерил видел, как из дыма выбегают каннибалы, и подстрелил двоих. Но вдруг, совсем рядом, возникла тень. Этот крался вдоль стены, и Дерил не мог его заметить, пока тот не выстрелил из дробовика почти в упор, разворотив левую ключицу и предплечье. От удара дроби Дерил опрокинулся назад, выронив оружие. Из последних сил он попытался дотянуться до автомата и дотянулся. Но взять его в руки не смог. Оружие прижал ногой вошедший высокий каннибал. Он с каким-то любопытством смотрел в лицо Дерила. Даже без злобы и ненависти, которую сейчас едва ли можно было найти даже на этой жуткой разукрашенной и шрамированной физиономии.
Дерил улыбнулся. По губам растекалась кровавая пена. Поняв, что это конец, он просто поднял из последних сил уцелевшую руку и показал джокеру средний палец.
Каннибал усмехнулся, качая головой, направил ему в лицо ствол дробовика и нажал спусковой крючок…
– Так, давай, ползи к себе, вот твой автомат, – сказал Рубаха, когда оружие Дерила смолкло и послышалось два выстрела из совсем другого ствола.
Корчась от боли, на четвереньках, Антонио вернулся в свою комнату и уставился на телескоп, с которым уже простился перед тем, как отправиться к машине.
– А вот и я, – усмехнулся он, тронув рукой штатив.