Межавторский цикл "Метро 2033"-5. Компиляция. Книги 1-22: читать начало книги онлайн

– Об эпидемии? Мало ли, как эта дрянь еще распространяется. Пойдет дальше по метро, а там и до Полиса недалеко. У Ганзы есть лекарство, только те идиоты все перекрыли, и зараза распространяется там. Это единственный способ заставить их действовать.

– Но там же люди! Ты не думал о последствиях?

– Вот именно! Ослепленное своей гордыней, мол, они могут жить самостоятельно, начальство предает своих же людей. Даже эпидемия ничего не изменила! Потому и выход только один – чтобы народ сам вышел к докторам.

– Не может быть такого! Ганза все врет и просто заставляет плясать под свою дудку, не гнушаясь ничем. И тебе они мозги промыли. Но я с тобой, давай… – Но договорить ему не дали. Выстрел, еще один. Глухой, успокаивающий.

Одна пуля пробила защитный костюм и попала куда-то в бок, другая вошла в ногу. Шах и мат.

Он подошел к раненому другу. Перекинул за спину его автомат, вытащил фильтры и сложил к себе в рюкзак, откинул в сторону нож и разрядил пистолет. После этого взял его под мышки и потащил в сторону.

– Кажется, ты так ничего и не понял, но ведь ты еще поможешь мне, дружище? Ты полежи тут немного, а я закончу. Друзья же должны помогать друг другу, верно?

– Твою мать! Андрей, тебя же используют. Спустили с поводка, как пса. Я же тебе верил, – хрипло отозвался Говард. Он даже не пытался помешать ему. Лишь тяжело дышал и нес что-то бессвязное себе под нос. – Яна, Яна, Яночка.

– Ты бы меня там положил, Гош. Побежал бы разминировать. Ты же спаситель, архангел. А так – отлежишься, а я пока доделаю начатое. Ты все поймешь, но чуть позже.

– Сволочь. Всю станцию…

– Ты уж прости меня, друг. Но это единственный шанс. Одно задание, и мы – граждане Полиса, представляешь? Не так-то просто стать в этом мире кем-то, да? Помнишь, мы еще мечтали, как переедем туда все вместе? Ты, я, Яна твоя. Ну же, Гошан, ты чего? Настоящий друг должен понимать. Ты всегда понимал.

– Книжки. Книжки. Ей. Не донесу.

– Вот так, вот так. – Андрей оттащил сталкера и прислонил его спиной к проржавевшему остову машины. Иномарки, судя по значку. – Я в долгу не останусь, дружище. А встретимся потом, ты мне еще спасибо скажешь. Ты же хочешь к своей Яне, или как там ее? Пока будешь отлеживаться в лазарете, я ей расскажу историю о том, какой ты герой. Сама к тебе прилетит. Век не забуду! Только ты тут останься, ладно? Напоследок уж услужи.

– Стой. – Собравшийся с силами напарник ухватил свободной рукой Андрея за рукав химзы. – Чтоб ты сам себя изнутри сожрал, мразь! Чтоб ты вечно жил с этим!

Андрей закрепил бомбу и сверил время на часах. Шальная мысль поразила его. Он вспомнил о сломанных гермоворотах на станции. Что, если они не откроются, что, если единственный доступ к станции и был лишь через вентиляционный лаз, готовый взорваться в считаные секунды? Выходило, что Гоша прав, и он самолично подписал смертный приговор сотням ни в чем не повинных людей? Да и за ним он не вернется. Паспорт Ганзы – в единственном экземпляре…

Часовой механизм ускорил темп. Участившийся писк сигнализировал о том, что что-то пошло не так. Андрей вскочил на ноги и побежал к выходу. В этот момент раздался взрыв. Его накрыло взрывной волной, отбросив в сторону, как тряпичную куклу…

Он откашлялся. Открыв глаза, он не обнаружил полиэтилена на лице. Дыхание нормализовалось. Разрушенный мир, изъеденный плотоядными кислотными дождями и временем, остался где-то далеко над ним. Андрей вновь был в комнате для допросов.

– Чтоб ты сам себя изнутри сожрал, мразь, – он повторил слова своего друга и зарыдал, как мальчишка. Нервы, натянутые как струна, наконец, оборвались. – Я, это все я! Это я сделал, да! Это я убил их всех. Всех. Всех до единого. Я!

– Спокойней, спокойней! – отозвался знакомый голос из темноты. Послышался звук пододвигаемого вплотную стула. – Кого именно?

– Всех. И Надю, и сына своего, и всех парней в туннеле, и Гошу, и людей на станции. Это все я сделал. Своими собственными руками. Всех, всех сгубил, а сам остался. Это ведь из-за меня она повесилась и сына с собой на тот свет забрала. Я видел. Девушку в метро – ведь мог спасти, а выстрелил! Из-за меня парни полегли – никого не вытащил. Струсил, сбежал. Друга бросил на растерзание, предал его. И людей на станции обрек на гибель. И все ради себя. Будь я трижды проклят!

– Прекрасно, прекрасно! Просто изумительно! Вот так бы и начинал, а не тянул резину! Кажется, вот о чем молчал сталкер, да?

– Я не хочу! Я не могу! Я не заслуживаю жить! Оставь меня тут!

– Конечно, конечно! Кажется, ты начинаешь понимать, друг мой. Сейчас, сейчас. Погоди. Недолго мучиться осталось. Секунду.

Андрей открыл глаза и увидел спину своего палача. Тот направлялся к единственной двери в этом помещении. Радостно, едва ли не насвистывая на ходу, он три раза постучал в дверь. До Андрея доносились отдельные слова: «Наконец-то!», «Сломался!», «Я знал, нужно было только поднажать!». А потом дверь открылась. Из-за нее забрезжил белый свет, заставив его отвести взгляд в сторону.

Дверь закрылась, и он остался в одиночестве. Стены, словно слайд-шоу, открыли ему всю правду. Не было никакого ребенка, не было никакой повешенной жены, не было никаких расстрелянных людей. Ублюдок долго пробивался на свободу, делая один подкоп под разум Андрея за другим, пока не набрал достаточно сил, чтобы вырваться наружу и занять его место. Теперь все вставало на свои места. Каждый элемент мозаики был усилен в разы ложными воспоминаниями, которыми его пичкало собственное альтер эго. Мозговая травма в сочетании с его маниакально-депрессивным состоянием взболтала коктейль безумия, в котором и родился его противник – он сам. А тот времени не терял. Воспользовавшись моментом, инъекцию за инъекцией вкачивал в него яд, низвергая в пучину абсолютной безнадежности. Пока Андрей не сдался. Не поверил в злое порождение собственного разума, тем самым дав ему вольную и выпустив наружу.

Андрей посмотрел на себя. Порезы затянулись, будто никто и не пытал его. Он попытался вырваться, и это ему удалось. Путы спали. В бешенстве подбежал к стене, на которую по-прежнему проецировались картины ложных воспоминаний. Он разбивал до крови пальцы, пытаясь соскрести их, но все попытки были тщетны. Клетка закрылась. Надзиратель занял место бывшего заключенного.

Он поднялся. Лицо было в крови, она стекала через разбитые стекла противогаза. Образовавшаяся под ним лужа была похожа на Евразию. Эта мысль доставила ему неописуемую радость. Главное, что он выкарабкался, наконец, свободен. А все эти мелочи… Пойти, что ли, у второго позаимствовать, как там его? Гоша вроде?

Ему повезло меньше. Труп уже обгладывали собаки. Ветер перелистывал запачканные кровью страницы книг. Пригрозив автоматом, он отогнал их в сторону, снимая с былого товарища противогаз. Ладно, хоть не с лица начали. До станции должно хватить. На рынке Полиса продают и качественнее. Будет первым в списке покупок.

Спускаясь вниз по эскалатору, он напевал какую-то песню. Что-то из забытого старого. В голове он уже прокручивал свой дальнейший маршрут. Та неженка, которая некогда была в его теле, наконец, перестанет мешать. Отныне он будет жить в удовольствие. Теперь в его руках все. Остается только спуститься, получить ту корочку, из-за которой он так долго терпел свою вторую часть, – и все. Дальше будет проще. Он самодовольно потер ладони.

Гермоворота открылись, и ему навстречу вышло несколько человек во главе с командиром. Ощетинившись автоматами, они выстроились в линию.