— Ну не знаю. Что я какой-то не такой. Неправильный.
— Почему? — он склонил голову набок.
— Потому что. Вот, у тебя хотел спросить. Вдруг ты заметил во мне что-то неправильное и теперь хочешь не общаться со мной. Ты, если это правда, так и скажи. Не надо выдумывать про себя.
— Клык, я не выдумывал. Это правда.
— В чем правда? Что ты можешь Комиссару навредить в драке? Ты?
Клык окинул его взглядом с ног до головы и сомнительно поднял брови.
— Послушай, — вздохнул Спичка и, сложив ладони лодочкой, прижал их переносице. — Клык. Я не могу рассказать прямо. Ты сам поймёшь позже. Дело правда не в тебе. Совсем-совсем. Просто пока ты со мной, не важно, как друг, враг или просто защищаешь меня — к тебе будет пристальное внимание. От всех. Извини, но это так.
— А если мне пофиг? Они же настоящие придурки, буду я ещё под них подстраиваться. Пусть смотрят, если хотят.
Спичка нахмурился.
— Извини, это очень сложно.
— Хватит извиняться.
— Прости, — машинально сказал Спичка и ойкнул. Клык хмыкнул.
— Почему… Почему ты вообще за меня так цепляешься? — поднял глаза Спичка. — Мы всего два дня знакомы. От меня много проблем. Я слабый — ты думаешь, что я слабый. Себе на уме.
— Херня, — мотнул головой Клык, — Ты нормальный. Наверное, самый нормальный из всех, кто тут есть.
— Это неправда, — нервно засмеялся Спичка.
Клык закатил глаза. Снова повисло молчание. Стало слышно, как за дверью ходят другие жители Дома. Наверное, Фараоны уже ушли завтракать.
— Я просто хочу, чтобы ты честно мне сказал, что не хочешь со мной общаться, — снова завёл своё Клык.
— Я не могу это сказать! Это неправда.
— Тогда объясни причину.
— Я уже объяснил!
— Настоящую причину.
— Это настоящая причина, Клык! — воскликнул Спичка. — Я могу быть опасным и поэтому держусь от всех подальше. Я бы не стал тебе врать, зачем? Я не хочу никому навредить, ты потом поймёшь, правда поймёшь, но сейчас давай договоримся!
— А если я скажу, что не боюсь тебя? Ну, допустим, ты правда можешь вытворить какую-нибудь штуку, но я не боюсь. Я сегодня против всей стаи один стоял, думаешь, я тебя испугаюсь?
Спичка замолк и уставился на него большими глазами. Клыку показалось, что он готов заплакать. Уже не так уверенно, запинаясь через слово, Спичка пробормотал:
— Но т-ты же не знаешь, о чем я говорю. Не п-понимаешь.
— Ну и что? — тихо, даже немного ласково сказал Клык. — Я вообще ничего не боюсь. И тебя — что бы ты не имел в виду — не испугаюсь. Если дело правда только в тебе.
— Правда, — кивнул Спичка и шмыгнул носом.
Клык был прав, он расплакался. То ли от нервов, то ли от усталости. Хотелось его обнять. Это было бы правильным. Но Клык был не уверен, на каком они уровне отношений. Весь этот разговор ощущался странным, как будто преждевременным.
— Ну, ты это, — потупился Клык, — Ты не плачь.
— Угу, — жалобно ответил Спичка. — Ты уверен, что т-тебе всё равно, что я такое?