— Ни за что, я первая его взяла!
Доминик закатила глаза.
— Скорее всего, это последнее тройное шоколадное печенье во всем магазине, судя по тому, что ты достала его из задней части полки, поэтому, если хочешь, что бы я ушёл, отдай его мне.
— Это две последние упаковки во всем магазине, но я не отдам тебе ни одной, и, если ты не уберешься, то я закричу «насилуют» и тебя арестуют! — предупредила я.
Он откинул голову назад и расхохотался, поэтому я решила воспользоваться возможностью и маневрировала вокруг него. Одной рукой я прижимала печенье к груди, а другой потянулась за тележкой.
— О, нет, ты этого не сделаешь.
Почувствовав, как руки обернулись вокруг моей талии, я чуть не умерла.
Он дотронулся до меня!
Руки Доминика Слэйтера находились на моём животе, а его тело было прижато к моей спине.
О, господи.
Этот сукин сын хотел умереть?
— Я даю тебе три секунды на то, чтобы убрать свои руки и тело от меня, иначе я изобью тебя к чертям собачьим.
Смешок Доминика у моего уха заставил меня напрячься еще больше.
— Думаешь, что сможешь ударить меня, красавица?
Красавица?
Он пытался быть забавным или что?
— Да! — рявкнула, а затем добавила: — Больше не называй меня так!
— Я буду называть тебя, как захочу, и говорить тебе, что захочу, свобода слова и всё такое.
— Ты гребаный придурок и мудак… отпусти меня! — рыкнула я, а затем ахнула, когда одна из его рук потянулась за моим печеньем.
Пошёл. Нахрен!
Я подняла ногу и пнула Доминика в голень; он взвизгнул и быстро отскочил от меня. Обернувшись, я увидела, как он тряс ногой, вероятно, пытаясь стряхнуть боль.
— Ты гребаная стерва! — прошипел он.
Я улыбнулась ему.
— В следующий раз это будут твои яйца, если ты снова дотронешься меня. Разве ты ещё не усвоил, что прикосновение ко мне приводит к боли для тебя?
Он закатил глаза и потёр щеку, как если бы до сих пор ощущал боль от пощечины, которую я влепила ему в среду за то, что он схватил меня за задницу.
Он опустил руку и улыбнулся.
— У тебя отпадная задница, я не смог удержаться и не потрогать её.
Я шокировано уставилась на него.
Он только что назвал меня жирной.[3]
Он на самом деле только что назвал меня жирной.
[3] Игра слов: phat и fat.