Чужой для всех. Книга 1.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

&nbspЧерез десять минут 'Опель— капитан' с офицерами управления, беспрепятственно подрулил к самому большому зданию в поселке. Справа у входа висела добротная доска с белой надписью: 'Сельский Совет'. Офицеры спешно покинули раскаленную машину. Майор выкатился как колобок, стал жадно хватать удушливый, но все же более свежий воздух. Отдышавшись, немного стряхнув с формы въевшуюся пыль, интендант проследовал за Ольбрихтом. Внимание управленцев привлекла группа солдат и младших командиров, которые громко смеялись. По эмблемам в виде медведей на башнях танков, офицеры поняли, что это танкисты из 3-ей танковой дивизии.

&nbsp Когда майор Зигель, так звали интенданта, и старший лейтенант Ольбрихт подошли вплотную к веселящейся группе 'панцершютце', те притихли. Только рослый, с закатанными рукавами унтер-фельдфебель, не замечая их, оскалившись, с пеной у рта, садистки длинной палкой тыркал в раненого человека. Синий комбинезон на пленном во многих местах обгорел, но петлицы рядового с танковыми эмблемами уцелели. Молоденький русский танкист сидел на пыльной дороге и затравленно хлопал глазами. На чумазом лице зияли синюшные, свежие кровоподтеки. Из рассеченной губы текла кровь. Бедолага пытался отвернуться от ударов унтер-фельдфебеля, голову защищал руками, но у него это плохо выходило. Получая ощутимые толчки, он слабел. От каждого точного удара толпа восторженно улюлюкала и ревела.

&nbsp -Поддай, поддай! В голову целься! -советовали, хрипя от восторга, отдельные нацисты.

&nbsp-Что здесь происходит?— крикнул Ольбрихт грозно. — Кто старший, доложите?

&nbspРослый унтер-фельдфебель повернулся недовольно, бросил наглый взгляд на Франца. На расстёгнутой танковой, двубортной куртке сержанта висел знак за штурмовые атаки и серебряная полоска за ранение. Не приняв стойки смирно, танкист смело, с вызовом, не обращая внимания майора, стоящего позади Ольбрихта, ответил:

&nbsp-Это наш пленник, господин обер-лейтенант . Мы его допрашиваем. Вы нам мешаете.

&nbsp-Что? Допрашиваете? — удивился Ольбрихт. — Это иезуитские методы допроса унтер-фельдфебель. Какие показания дал русский пленный?

&nbsp-Этот русский Иван не разговаривает на нашем языке. За это придется его расстрелять. Возится с ним некогда. Мы наступаем.

&nbsp-Подождите выполнять экзекуции, унтер-фельдфебель,— осадил танкиста Ольбрихт, не отводя жесткого взгляда. Адъютанта раздражал бесцеремонный вид сержанта. — Приведите себя в порядок и доставьте военнопленного в это здание. Я сам его допрошу.

&nbsp Ольбрихт осознавал, что влезает не в свое дело. Но позволить на глазах танкистов убить, как зверя, тщедушного русского военнопленного, он не мог. Он был так воспитан.

&nbsp-Господин обер-лейтенант! -раздался вдруг раздраженный голос из среды танкистов. -Это наш пленный и мы с ним поступим так, как считаем нужным.

&nbsp Толпа расступилась. К управленцам смело выдвинулся офицер. Лицо загорелое, молодое. Глаза настороженные.

&nbsp Майору Зигелю была не интересна возня по поводу пленного и он, видя назревающий конфликт с самоуверенными танкистами, удалился осматривать здание сельсовета.

&nbsp-Кто вы? Представьтесь? — Ольбрихт строго взглянул на старшего лейтенанта. Танкист хотел что-то возразить, но передумал, видя перед собой хотя ровесника, но офицера, явно прибывшего из штаба, тем более с крестом.

&nbsp-Командир 1-го взвода, 1-ей роты, 2-го батальона, 6-го полка, третьей танковой дивизии старший лейтенант Нотбек.

&nbsp— Старший лейтенант Ольбрихт, второй адъютант командира 24 моторизованного корпуса, — произнес адъютант строго. -Вы выполнили свою задачу, господин Нотбек?

&nbsp-Да, господин Ольбрихт. Отмеченные на карте поселки свободны от русских. Южнее их тоже нет. Во время разведки произошел встречный бой с русским танком. Унтер-фельдвебель Румпф,— командир взвода указал в сторону танкиста с палкой,— точным выстрелом поразил врага. Наши потери: один мотоцикл и два раненных панцершютце.

&nbsp-Похвально, обер-лейтенант. Должен вам заметить, что унтер-фельдфебель Румпф, достоин большего поощрения, чем избиение палкой военнопленного. Подумайте об этом. Кроме того, приведите взвод в надлежащий вид. Выставьте охрану. Соблюдайте порядок.

&nbsp Лицо танкиста побагровело. Зрачки сузились, запоминая облик ретивого адъютанта. -Будет исполнило, господин обер-лейтенант. Об успехах в бою непременно будет доложено в штаб полк, -ответил офицер сухо.

&nbsp -Еще, взводный. Прикажите доставить пленного к нам. Я и майор Зигель допросим русского танкиста. Я знаю немного русский язык. Только без фокусов. Русский должен быть живой.

&nbsp-Слушаюсь. -Офицер шагнул мрачно в сторону, пропустил Ольбрихта к зданию сельсовета.

&nbspДом преображался. Солдаты энергично выносили старую мебель, канцелярскую рухлядь. Двое гренадеров, напевая известную фривольную песенку: 'Я замужем и то, что вы молодой человек умеете делать, то же самое умеет делать мой муж' ударами прикладов сбили доску, владельца здания, водрузили над входом нацистский флаг. Красное полотнище с белым кругом и черной свастикой по центру сразу придало зданию мрачно-зловещий вид.

&nbsp Ольбрихт прошелся по коридору, случайно наступил на осколки стекла. Раздался хруст. Лицо старшего лейтенанта скривилось как от зубной боли. -О, черт! — выругался офицер. Франц плохо переносил звуки раздавленного стекла.

&nbspПереступив через осколки, сваленные комиссарские газеты, офицер заглянул в большую центральную комнату. Посредине вальяжно, расставив широко ноги— столбы, восседал майор Зигель. Венский стул был явно не по размеру. Скрипел под тяжестью исполинской задницы. Интендант курил сигарету, устало пыхтел, раздумывал о выполнении текущих задач. Увидев Ольбрихта, Зигель прервался от служебных раздумий, без энтузиазма бросил навстречу:

&nbsp-Как дела, господин Ольбрихт? Разобрались с танкистами?

&nbsp Майор Зигель, как и любой трусливый человек, а он был таковым, недолюбливал мужественных людей. В них он видел опасность для своего существования. К разряду таких людей он относил и Ольбрихта. С первой встречи перед войной, когда Франц прибыл в управление корпуса, он не возлюбил того за прямоту, честность, офицерскую порядочность, а позже за смелость в бою.

&nbsp Зигель был малодушным, неискренним, боязливым человеком и понимал, что рядом с Ольбрихтом выглядит тускло. Это всегда его возмущало, а ведь он был гораздо старше этого сопляка. Но побороть в себе мучавшие внутренние противоречия он не мог. Поэтому, будучи майором, он не мог приказать старшему лейтенанту Ольбрихту. Он его просто боялся. Считал выскочкой и 'выдвиженцем'. Оказавшись, рядом с ним при решении служебных дел, всегда старался уйти от ответственности и подставить под удар Франца.

&nbsp-Как дела, господин Ольбрихт? Умерили танкисты вашу прыть? -Зигель повторил вопрос.

&nbsp-Ольбрихт, не обратил внимание на едкий тон интенданта, спокойно ответил:

&nbsp — Сейчас, господин майор, приведут русского военнопленного. Мы допросим его. Не возражаете?