Всё это время он хотел меня.
Но он хотел свою версию меня.
Не понимаю, как я не подозревала этого до сих пор, в решительный час.
— Боже мой, — говорю я. — Я не могу выйти за него.
— Тогда не выходи.
— Но я должна.
Он осматривается.
— Не вижу никого, кто приставил пистолет к твоей голове, а ты?
— Ты не понимаешь. Объявление о нашей помолвке было в New York Times. Мы давали интервью журналу Хамптонс. Это знаменательный день для Us Weekly. Полгода назад они провозгласили меня американской Меган Маркл7, и другие таблоиды последовали их примеру, а теперь все эти люди, никогда не слышавшие обо мне в своей жизни, жаждут мельчайшую сплетню, которую могут использовать, чтобы разорвать меня на куски в блогах и новостных лентах, и... даже не хочу начинать говорить о моей семье. Моя честная, трудолюбивая семья, которая откладывала каждую копейку и использовала драгоценное время отпуска так, чтобы они смогли проехать восемь часов, остановиться в дорогущем отеле и увидеть, как я выхожу замуж. Я не могу так поступить с ними.
— Хорошо. Тогда выходи за него замуж. — Габриэль выпивает напиток, прежде чем залезть в бумажник и извлечь небольшую оловянную коробочку с визитками цвета слоновой кости. Он дает одну мне.
Габриэль Александр, эсквайер.
«Семейное законодательство»
Нью-Йорк, Бедфорд,
Улица Клэрмонт, 42
(914) 555-9927
— Ты адвокат по разводам, — говорю я.
— Помимо всего прочего.
— Думаешь, что я совершаю ошибку.
Он пожимает плечами.
— Думаю, тот факт, что ты сидишь в баре накануне свадьбы, пьешь в одиночестве и ставишь под сомнение, стоит ли это делать, свидетельствует о большем, чем трусость.
— Да. — Я упираюсь локтями в барную стойку, вздыхая. Не могу с этим не согласиться.
— Составь список, — говорит он, — всего, что ты любишь в нем.
Встав, он тянется через барную стойку, хватает стопку салфеток и шариковую ручку, передавая их мне.
— Этот метод адвокаты используют, когда у людей появляются семейные проблемы. Они заставляют посмотреть их на то, что нравится друг в друге, а не то, что им не нравится. Слегка меняют твой разум, заставляют сконцентрироваться на положительных сторонах.
Я щелкаю ручкой и надавливаю ей на белую салфетку. Рисуя первый номер, я пишу первое: он заботливый. А затем ещё: он ориентирован на семью. И ещё: он умён. И потом: он заставляет меня смеяться. Я записала ещё три причины, прежде чем мой разум замолкает, и я зависаю.
Двигая салфетку к нему, я спрашиваю:
— Этого достаточно, чтобы сохранить брак?
Он читает мой список.
— Ты описываешь своего жениха или золотого ретривера? Игривый? Смешной? Умный?
И снова этот мужчина в чем-то прав.