Драко поцеловал её в кончик носа и отрицательно качнул головой. — Ещё нет, — его руки скользнули вверх по её спине, развязывая паутину верёвок, протянутую вдоль позвоночника. Его прикосновения успокаивали её. Гермиона посмотрела вниз. Его твёрдый член был прижат к её животу. Глаза Драко были практически чёрными от возбуждения. Он хотел её. Она почувствовала, как тепло приливает к её конечностям, согревая тело. Он хотел её.
Она подняла голову и поцеловала его в подбородок. — Ещё, — прошептала она. — Для тебя, Драко. Но, пожалуйста. Сними верёвки. М… м… м… Я не могу, — она не могла подобрать слов, чтобы объяснить, чего хочет, но она знала, что если узел верёвки сдвинется хоть на миллиметр на её клиторе, ей придётся сказать стоп-слово. Она не хотела этого, поэтому смотрела на Драко с мольбой в глазах.
Драко снова оставил на её губах невесомый поцелуй. — Хорошо, — сказал он, понизив голос. — Всё благодаря тому, что ты такая хорошая. Такая терпеливая.
Его пальцы прошлись по пояснице, и верёвка, обвязывающая бёдра, спала на пол. Гермиона захныкала от облегчения. Драко поцелуем убрал слёзы с её глаз и повёл по коридору.
Гермиона считала каждый свой шаг, вцепившись в его руку. Только когда он провёл её в комнату и подвёл к кровати с мягким, как облако, балдахином, она вышла из оцепенения. Гермиона села на край постели, широко расставив ноги, и оглядела комнату. Она отличалась от той, в которой они были прошлым вечером, когда Драко использовал стек.
Стены были тёмно-зелёного цвета, а вся мебель была сделана из полированного красного дерева, на кровати висел бархатный балдахин, а занавески на окнах были подвязаны плетёными серебряными шнурами. Гермиона издала какой-то гортанный звук, не в силах произнести хоть что-то, но Драко, казалось, понял, что она хочет задать ему вопрос.
— Это моя комната, — сказал он, наколдовав платок и стерев слёзы и пот с её лица. — То была комната для гостей. А это — моя.
Гермиона прикусила нижнюю губу, едва не вскрикнув, когда случайно задела ранку. Она почувствовала, как сильно забилось сердце, так и норовя вылететь из груди. Его комната. Его личное пространство, его убежище. Он использовал её, как хотел, он трахал её, заставляя кончать, кричать, плакать, но это…
Это было интимно.
Она посмотрела на Драко и почувствовала, как её глаза снова наполняются слезами, но он тут же смахнул их своим большим пальцем.
— Спасибо, — прошептала она.
Драко улыбнулся и поцеловал её в лоб.
— В эту комнату доступ имеют только самые драгоценные сокровища, — сказал он, снова оставив на её лбу лёгкий поцелуй.
— Ты должна гордиться собой. Ты просто прелесть, Гермиона. Ты моя. Моё сокровище. Моя любовь.
Сердце Гермионы бешено колотилось. Она схватила его рукой за шею и притянула ближе. Она поцеловала его в уголок рта и провела языком по нижней губе.
— Ещё, — сказала она, промурлыкав.
Драко улыбнулся и, выпрямившись, снял пижаму. Он провёл пальцем по изгибу шеи Гермионы, затем жестом указал ей пересесть на середину кровати. Затем, оседлав её, протянул её руки к искусно вырезанному изголовью. Она заурчала от удовольствия, когда он пристегнул её наручниками.
Драко приподнялся над ней, прокладывая дорожку поцелуев от груди, следуя по линии верёвок. Он целовал каждую её грудь, полизывая ореолы, но не касаясь сосков. Она была рада тому, что он обходит их стороной, поскольку они всё ещё саднили после того, как он сжимал их, но всё же из её рта вырвался разочарованный вздох, когда Драко начал спускаться ниже.
Он рассмеялся, продолжая свой путь; его чёлка приятно щекотала её живот. Он поцеловал её бёдра и их внутреннюю часть, затем широко раздвинул ноги, устроившись между ними. Гермиона упёрлась пятками в кровать и приподняла бёдра. Драко снова поцеловал их. Он поднял голову и твёрдо произнёс:
— Дыши глубже, Гермиона.
А затем укусил.
Гермиона зашипела, когда Драко впился зубами в её бедро. Он крепче сжимал его, пока голос Гермионы не сорвался на крик. Он отпустил её и тут же укусил в другое. Гермиона дёрнулась и завизжала. Драко смачно выругался, когда она ударила его, а затем резко вскинул руки, прижав её ноги к кровати. А затем также резко он прильнул к клитору, всосав его.
Гермиона чувствовала, насколько властными были движения его языка, насколько сильно он хотел доставить ей удовольствие, и, почувствовав, как перед глазами начинают мелькать звёзды, Гермиона кончила. Она вскрикнула от восторга, закричав так, что пересохло в горле. Драко удерживал её, пока она выгибалась от пробивающего, как ток, оргазма. Верёвки впились в её грудь и ноги. Драко продолжил двигать языком, и она чувствовала, как новая волна оргазма начинает подступать, становясь всё острее с каждым движением его языка. Перед тем, как всё потемнело, Гермиона успела отчаянно выкрикнуть его имя.
***
Гермиона потянулась и зевнула. Её глаза распахнулись, когда она почувствовала, что может шевелить руками. Она больше не была прикована к изголовью кровати. Гермиона оглядела своё тело, быстро моргая, и заметила, что её тело больше не обвязывают верёвки. Она почувствовала мягкое прикосновение на своём плече и обернулась. Драко улыбнулся и погладил её по подбородку. — С возвращением, — сказал он и, наклонившись, поцеловал в щёку.
— Я куда-то уходила? — она повернулась и прижалась к его груди.
— У тебя был обморок, — он обнял её за талию. Кончиками пальцев провёл по шее. Гермиона удовлетворённо вздохнула, и он продолжил. — Я снял верёвки, чтобы ты могла спокойно поспать. Ты была в отключке пару часов, — он погладил её по волосам. — Ты даже не представляешь, как я тобой доволен, Гермиона. Ты взяла всё и попросила даже больше. Это удивительно. Это…
— Особенно, — проговорила она одновременно с ним. Гермиона, довольно заурчав, закинула ногу на его бедро. Придвинувшись ближе, она почувствовала его член рядом со входом во влагалище. Он был мягким и расслабленным, но, когда она двигала бёдрами, он становился твёрже. Её губы изогнулись в улыбке. — Ты мне солгал, — пробормотала она, поцеловав его в шею чуть ниже кадыка. — Ты сказал, что будешь использовать меня для собственного удовольствия.
Он рассмеялся.
— И ты хочешь сказать, что мне это не удалось? Позволь не согласиться. Я очень доволен.